Забыли пароль?

Зарегистрироваться на сайте

Отменить

Блог пользователя Калита - Финанс

  1. Экономика знаний – куда инвестировать во время биржевой паники?

    Последние недели СМИ пестрят сообщениями о возможности вхождения мировой экономики в рецессию.

    Проблем накопилось предостаточно: нахождение банковской системы Европы под бременем непомерных долгов периферийных стран еврозоны, замедление роста ведущей экономики мира – США, разгон инфляции в Китае до 6,5% годовых, паника на финансовых рынках и так далее.

    В эпоху шторма на финансовых рынках особенно актуальным становится вопрос, куда простым гражданам вкладывать свои сбережения.

    Следуя известной поговорке о том, что "не нужно хранить яйца в одной корзине", стандартный ответ гласит: "Необходима диверсификация портфеля", то есть распределение средств по разным активам.

    Однако, как показывает практика, данное утверждение устарело. Современная экономика – это постиндустриальная экономика, экономика  знаний. На передний план выходит, прежде всего, умение грамотно управлять своими активами,  эффективно и оперативно.

    Что представляет собой оперативное управление? Возьмем для примера рынок золота.


    Как видно из приведенного выше графика, в течение последних десяти лет отчетливо видна повышательная динамика. Причем, за последние три года рост ускорился. "Желтый металл", начиная с ноября 2008 года, вырос в цене более чем на 115%, продолжая восходящее движение по текущий момент и устанавливая все новые рекорды: 10 августа котировки золота на товарной бирже Нью-Йорка COMEX впервые превысили отметку $1800 за унцию, что стало новым историческим максимумом. В условиях раскручивания инфляционных процессов по всему миру золото хорошо тем, что имеет неинфляционную природу, то есть не подвержено обесцениванию. Порой кажется, что рост будет продолжаться бесконечно. Но давайте окунемся в 80-е годы прошлого века.

    Взлетев к заоблачным высотам к 1980 году и достигнув $840 за унцию, золото откатилось до $640 менее чем за полгода. После шокового колебания в $200 цена вновь подпрыгнула, на этот раз к отметке $720. Но и на этом резкие скачки не остановились: котировки золота вновь опустились к предыдущему уровню – $640 за унцию. После этого в течение четырех лет металл рисовал нисходящий тренд, откатившись до $280 (подешевев втрое относительно максимумов в 1979 году!). Цена вернулась к отметке $640 только в 2006 году! Те инвесторы, которые инвестировали в металл в период "золотого родео" без возможности оперативного управления, оказались в большом минусе.

    Как я уже упоминал выше, в настоящее время можно наблюдать повышенный спрос на золотой актив. Как всегда и происходит в период ценового ралли, инструмент характеризуется высокой волатильностью (изменчивостью). Так, за четыре торговые сессии, начиная с 4 августа, золото взлетело к уровню $1815, против $1640.

    Рассмотрим более подробно, как можно было эффективно управлять  данным инструментом с начала августа, когда размер внутридневных колебаний достигал $60. На открытии торговой сессии 8 августа цены с гэпом преодолели максимальную цену закрытия 4 августа (см. график).

    График цены золота из торгово-аналитической программы  iTrader

    Это означает, что цена, скорее всего, продолжит рост. Но покупать на максимумах неграмотно, лучше дождаться коррекции и открывать длинные позиции с глубины. Такая возможность представилась вечером в понедельник, когда цена снизилась к экспоненциальной средней скользящей с периодом 8 (ЕМА8). Далее можно было придерживаться простейшего алгоритма – так как текущая тенденция "бычья", то можно усредняться на прибыль при коррекции к ЕМА8. И эта нехитрая тактика принесла нескольким клиентам "Калита-Финанс" около 45 000 руб. прибыли при вложении в каждую сделку 10 000 руб.

    Однако такого результата можно было бы достичь только при условии существования возможности быстро реагировать на движения рынка.

    Итак, что же представляет собой эффективное управление сформированным портфелем?

    – Оперативность. Под  данной характеристикой подразумевается возможность ежеминутного доступа к открытым позициям в течение 24 часов в сутки. В приведенном выше примере, даже при условии, что инвестор грамотно структурировал портфель и имел представление о текущей конъюнктуре рынка, но не имел возможности закрыть позицию в подходящий момент, он все равно бы упустил часть прибыли (или и вовсе бы ушел в минус). Поэтому чрезвычайно важно не только находиться "в рынке", отслеживая все колебания инструмента, но и реагировать должным образом на его настроение.

    – Управление рисками. Если даже у инвестора нет возможности ежеминутно контролировать движения цен на активы (работа, командировка, отпуск и другое), должен быть шанс выставить различные стоп-приказы, которые бы закрыли (изменили) позицию даже в период отсутствия трейдера. Другим аналогичным примером эффективного риск-менеджмента является управление депозитной маржой.

    – Широта инструментария. Здесь дело идет не столько о принципе диверсификации, сколько о необходимости вовремя "перекинуть" средства из одного актива в другой. Например, рассмотрим события последних дней – после понижения 5 августа агентством Standard & Poor’s суверенного рейтинга США с ААА до АА+ цены на сырьевые активы резко пошли вниз. Например, котировки нефти марки Brent потеряли за неделю почти $15 (см. график).

     

    График цены нефти из торгово-аналитической программы iTrader

    Грамотный трейдер среагировал бы выходом из открытой позиции – минимизировал бы убытки. Чтобы эффективно использовать высвобожденные средства, он мог бы их вложить в другой инструмент, который, по его мнению, хеджирует экономические риски. Например, открыть длинную позицию по золоту – как в представленном выше примере. Таким образом, существует необходимость доступа к различным рынкам: фондовому, товарному, рынку драгоценных металлов и другим.

    – Даже при успешном выполнении предыдущих пунктов: оперативном управлении портфелем, соблюдении правил риск-менеджмента, своевременной смене активов, существует риск несвоевременного получения наличности. Например, при закрытии обезличенного металлического счета (ОМС)  в банке инвестору может потребоваться до трех рабочих дней для возврата средств. Таким образом, очень важно вовремя очутиться "в деньгах".

    В заключение еще раз  хочется отметить, что если раньше торговля на финансовых рынках имела элементы игры, то сейчас, в период нестабильности, спекуляции – это скорее жизненная необходимость. Инвесторы все реже задаются вопросом "куда" инвестировать, и все чаще – "как".

  2. Тришкин кафтан

    Устранение одних недостатков еврозоны влечет за собой возникновение новых.

    10 августа "медведи" атаковали рынки с новой силой. Как ни печально, но приходится констатировать: паника перетекла в банковский сектор, что может спровоцировать кризис в реальной экономике.

    Ведущие рейтинговые агентства продолжают делать "набеги" на страны с ухудшающимся финансовым положением. После оглушительной разборки с рейтингом США в субботу, в среду жертвой стала мощная экономика Франции. На рынке появились слухи, что агентство Fitch пересмотрело прогноз состояния экономики со "стабильного" на "негативный". К концу дня их опровергли. Однако слухи слухами, а реакция рынка оказалась впечатляющей: капитализация французских банков сократилась в разы. В течение дня крупнейшая банковская группа Societe Generale дешевела на 22,5%! А банки Credit Agricole и BNP Paribas потеряли к концу торгового дня 11,8% и 9,5%, соответственно.

    Оказание столь ошеломляющего отрицательного эффекта именно на кредитные институты свидетельствует о слабости банковской системы Европы, зараженной вирусом плохих долгов периферийных стран еще до кризисного 2008 года. Ситуация усугубляется тем, что европейские банки являются крупными держателями государственных облигаций периферийных стран еврозоны. По данным Европейского банковского агентства, 90 крупнейших европейских банков держат порядка €98 млрд в греческих гособлигациях (из €328,5 млрд совокупной внешней задолженности страны). Чтобы нагляднее представить масштабы бедствия Греции, экономисты посчитали: для покрытия долга и нормального существования государства потребуется около 600 лет. А главными европейскими кредиторами остаются немецкие и французские банки. Потери, которые могут понести финансовые институты в результате реструктуризации греческого долга, могут составить порядка €20 млрд.

    Если взглянуть на приведенную схему, то становится понятно, почему французские банки реагируют так чутко на любое негативное сообщение о финансовом состоянии еврозоны.

    Проблема в том, что банки стали основным источником финансирования для государств, давая взаймы под залог государственных облигаций. В условиях, когда кредитные организации задолжали друг другу огромные суммы денег, а обеспечение обесценивается в связи с понижением рейтингов и потерей доверия инвесторов, декапитализация банковской системы может привести к коллапсу на межбанковском рынке. Банки будут терпеть убытки, закроют лимиты друг на друга, ужесточат требования к заемщикам – вот вам и вторая волна кризиса.

    Осознавая негативные последствия в случае межбанковской "резни", европейские власти в лице Европейского Центрального банка (ЕЦБ) пытаются всеми силами спасти банковскую сферу. В мае 2010 года ЕЦБ начал покупать облигации обремененных долгами государств еврозоны в рамках Программы безопасности финансовых рынков (Securities Market Program). За это время Центральный банк приобрел европейский долг на сумму €75 млрд (совокупный долг составляет порядка €6,4 трлн). При этом монетарные власти еврозоны подчеркивали тогда, что программа является временной и не предназначена для долгосрочного финансирования государств-должников. Но план спасения не помог: через год периферия снова стала утопать в долгах.

    Чтобы успокоить рынки после понижения рейтинга США, ЕЦБ объявил о покупке итальянских и испанских государственных облигаций, чья доля в общем долге Европы составляет около 29%. Предполагается, что ежедневно ЕЦБ будет выкупать бумаги на €2,5 млрд. Что такое €2,5 млрд в долгосрочной перспективе, когда долги Италии и Испании составляют €1,8 трлн и €240 млрд, соответственно?

    Однако с принятием решения Центральному банку все же удалось сбить доходности: годовая доходность десятилетних гособлигаций Италии опустилась к месячным минимумам – 5,18% (после исторического максимума 6,2%), а долговых бумаг Испании – к значениям декабря 2010 года – 4,98% (с 6,3% в начале августа).

    *Доходность десятилетних гособлигаций Испании

    Казалось бы, наконец-то периферия может вздохнуть свободно. Однако, если посмотреть на график доходности десятилетних облигаций Греции за два года, то можно увидеть похожую картину. После объявленного плана спасения в мае 2010 года доходность все равно поднялась к историческим максимумам выше 18% к августу 2011 года.

    Используя монетарные способы (вливая все новые порции ликвидности), европейские власти пытаются затушить проблемы банковской сферы. Но пока безрезультатно.

    Кроме того, восстановлению Европы могут помешать "акулы рынка" – крупнейшие американские транснациональные банки и корпорации. Имея в обращении триллионы долларов и прямой доступ к ликвидности Федеральной резервной системы США, для них ничего не стоит выкупить по дешевке государственные облигации утопающих стран, после чего начать играть на понижение курса госдолга.

    Кстати, что-то подобное было в 1992 году с фунтом стерлингов. Некоторые экономисты склонны верить, что американский финансист Джордж Сорос обрушил национальный курс Великобритании в одиночку. Он скупал валюту в течение многих лет, а затем одномоментно продал около £5 млрд в обмен на немецкие марки.  Последующая обратная покупка позволила заработать гению, по оценкам экономистов, $1,5 млрд. Примечательно, что до случившегося обвала курса Банк Англии стремился удержать паритет к немецкой марке (сейчас ЕЦБ стремится удержать евро), занимая все больше и больше у Германии. Однако немецкий валютный рынок все равно оставался более привлекательным. Когда стало очевидным, что правительству курс удержать не удастся, спекулянты бросились продавать фунты стерлингов.

    То же может случиться и с долговыми бумагами бедствующих стран еврозоны. Только в гораздо большем масштабе. После этого рухнет вся, и так на ладан дышащая, банковская система еврозоны.

    Елена Туржанская

  3. Ночной кошмар

    Начавшееся в четверг широкомасштабное падение фондовых рынков продолжилось и в понедельник, 8 августа. Панические настроения инвесторов отразили опасения относительно вероятности наступления рецессии в США. Ведущие американские индикаторы опустились к значениям конца 2010 года, показав шестое по величине снижение за всю историю страны! Так, главный индекс Dow Jones Industrial Average рухнул на 5,55%, до 10809,85. А индексы Nasdaq и S&P500 потеряли 6,9% и 6,66%, оказавшись на уровнях 2357,69 и 1119,46 соответственно.

    Заявление агентства Standard&Poor’s о понижении рейтинга ипотечных гигантов Fannie Mae и Freddie Mac с AAA до AA+ ухудшило к концу дня ситуацию и на российском фондовом рынке. По индексу ММВБ за последние четыре дня мы упали сразу на 200 с лишним пунктов, то есть около 13%. А по итогам торговой сессии 8 августа индекс ММВБ упал сразу на 5,5%, остановившись на отметке 1499,79. Индекс РТС продемонстрировал еще более мрачное движение, растеряв 7,84% и составив на закрытии 1657,77 пунктов.

    Риск снижения спроса на сырьевые товары Америкой, крупнейшим мировым потребителем, оказало значительное давление на нефтяные рынки. По итогам торговой сессии нефть марки Brent обновила шестимесячные минимумы, снизившись на $5,63.

    В понедельник на международном валютном рынке трейдеры отдавали предпочтение надежным валютам, таким, как швейцарский франк и японская иена. Доллар США также пользовался спросом, оставаясь по-прежнему мировой резервной валютой. Кроме того, поддержку доллару оказывает тот факт, что в последнее время со стороны стран еврозоны, а также Японии проводились валютные интервенции. По итогам дня USD/CHF обновила исторические минимумы на отметке 0,7484, а EUR/USD в определенный момент торговалась с понижением на 3%. Сегодня мы ожидаем дальнейшего ослабления рисковых валют.

    В настоящее время рынок "черного золота" торгуется в существенном минусе, теряя около 2%. Ночью был пробит важный уровень $100, что может еще глубже увести нефтяные котировки. Падение на азиатских рынках продолжается: в моменте индекс Hang Seng падает на 6%, Kospi – на 6,19%!

    Можно констатировать, что рынок попал в ловушку маржин-коллов. Рекордное падение провоцирует принудительное закрытие длинных позиций банками и брокерскими компаниями по своим клиентам, а это, в свою очередь, еще больше усиливает падение. Отрицательный эффект увеличивают многочисленные торговые роботы, которые играют на понижение рынка. Таким образом, во вторник мы можем увидеть продолжение этой "кровавой резни". Единственное, на что надеются инвесторы – это заседание Федеральной резервной системы (ФРС) США. Стоит отметить, что европейские власти уже объявили о поддержании рынков с помощью скупки гособлигаций.

    Что ж, дело за ФРС и за третьим этапом количественного смягчения.

  4. Кровавый четверг

    4 августа ознаменовалось самым масштабным падением фондовых и сырьевых рынков с кризисного декабря 2008 года. Ведущие американские индикаторы за день потеряли от 4% до 5%, нефть марки Brent – 5,3%. Столь значительное падение привело к тому, что индексы оказались на уровнях конца 2010 года, растеряв весь рост с начала года. Стоит отметить, что только за последние четыре дня широкий индекс S&P500 потерял 8,4%! А с достигнутых в апреле годовых максимумов – почти 10%.

    Инвесторы в панике бегут с рынков, как с самых рисковых (фондовых), так и с сырьевых. Иррационально, не обдумывая причины обвала, трейдеры пренебрегают всеми правилами своих инвестиционных стратегий и уходят в кэш, как это случилось сначала в сентябре 2008 года, а потом в мае 2010 года.

    А каковы причины? Их множество – великое множество, накопившееся с кризисных годов и никуда не исчезнувшее. Их пытались завуалировать, публикуя лучшие, чем имеются, макроэкономические данные (например, ВВП США, оказывается, не рос в 2010 году умеренными темпами 2,8%, а с трудом перевалил планку 1%, и то за счет эффекта занижения базы).

    Их пытались "задушить" долларовой ликвидностью, проведя два раунда количественных смягчений общим объемом более $1,5 трлн.

    Однако фундаментальные причины очевидной слабости ведущей мировой экономики не скроешь. И, по иронии судьбы, в столь знакомый нам "черный четверг" произошло то, что должно было когда-нибудь произойти.

    Опять можно наблюдать схлопывание "мыльного пузыря", надувшегося на финансовом рынке. Кризис 2008 года, разразившийся по причине бесконтрольной раздачи активов в долг, видимо, ничему не научил ни власти, ни население. Финансовый левередж по-прежнему играл ведущую роль в деятельности всех участников рынка.

    Ситуация омрачается еще и тем, что падение усиливается ритмичностью рынка, вследствие получившей в последнее время большое распространение торговли при помощи роботов.

    Стоит ли упоминать про разрастание "долгового пузыря" в большинстве ведущих стран мира. Когда для того, чтобы погасить старые обязательства, правительства вынуждены печатать новые деньги, все увереннее загоняя себя в тупик.

    И ведь никуда не денешься – будем падать дальше! За неделю с 29 сентября по 6 октября 2008 года S&P500 рухнул на 25,6%, за два месяца с мая по июль 2010 года – на 17%. Что ж, в настоящее время почти 10% уже сделано – осталось добирать.

    Вероятно, Америка сделает то же, что сделала с государственным долгом – будет оттягивать день коллапса. Очевидно – третьим раундом количественного смягчения. Ведь никто в настоящий момент не готов терпеть крах. Вот только возникает вопрос: а разве когда-нибудь кто-нибудь будет готов?

    Елена Туржанская, аналитик ФГ "Калита-Финанс"

  5. Схлопнется ли долговой "пузырь" США

    Председатель Федеральной резервной системы (ФРС) США Бен Бернанке своими выступлениями продолжает интриговать публику возможностью третьего раунда количественного смягчения (QE3). Однако в результате спасательных действий, осуществленных с помощью QE1 и QE2, на балансе Казначейства США уже скопилась огромная сумма обязательств. Если до кризисного периода (до 2007 года) государственный долг ежегодно рос в среднем на $1 трлн, то впоследствии рост продолжился уже скорее в геометрической прогрессии, со знаменателем 1,2: с $10,2 трлн в 2008 году до $14,3 трлн – в 2010 году. А в настоящее время его размер увеличивается в среднем на $3,7 млрд в день.

    Такие темпы роста привели к тому, что долг каждого американца, включая младенцев, стал равен к 2011 году $45 тыс. по сравнению с $20 тыс. в 2000 году.

    После отмены Бреттон-Вудской системы (когда каждый доллар имел обеспечение в виде определенного количества золота) считается, что госдолг обеспечен ростом налогооблагаемой базы. Однако со временем обязательства государства стали расти несоизмеримо с величиной залога. Получается, что источник финансирования долгов, растущий менее 5% в год, не может обслужить прожорливый 14%-ный темп роста госдолга. Правительство оказалось в ситуации, когда для того чтобы расплатиться по старым обязательствам, оно вынуждено обременять себя новыми. В итоге, в настоящее время $0,42 из каждого доллара расходов федерального правительства взяты в долг. При этом если до кризиса заемный доллар увеличивал национальное валовое производство, то к концу 2009 года на каждый доллар долгов приходилось снижение ВВП на $0,45.

    Таким образом, даже в случае поднятия к 2 августа 2011 года планки "потолка" госдолга с нынешних $14,294 трлн, его структура и темпы роста к настоящему моменту имеют признаки пирамиды.

     

    *График корреляции потолка госдолга и ВВП США

    Стоит отметить, что казначейские облигации США с незапамятных времен считались одними из самых надежных инструментов инвестирования. Этот факт объясняется тем, что, по мере того как расширялись рынки, объемы выпущенных бумаг увеличивались соразмерно: спрос и предложение были сбалансированы. Однако кризис 2008 года изменил ситуацию. Если до кризисного периода годовой прирост правительственных обязательств составлял $200–300 млрд, то в 2008 году он увеличился до $1239 млрд. Общий же размер выпущенных облигаций к концу 2008 года составил $6338,2 млрд. В последующие годы совокупные обязательства правительства США продолжали расти впечатляющими темпами: оказались на уровне $7781,9 млрд в 2009 году; $9361,5 млрд – в 2010 году; а по результатам первого квартала 2011 года – $9621,4 млрд.

    Однако за все надо платить. Какой же объем американских Treasuries необходимо гасить Казначейству в ближайшее время? До конца текущего года надо погасить $1,825 трлн, до июня 2012 года – $2,610 трлн, за три года – $4,839 трлн. Для того чтобы понять масштабы "расплаты", можно отметить, что сумма, которую надо погасить до конца 2011 года, эквивалентна 12,5% номинального ВВП США. Еще нагляднее: 130% от дефицита бюджета за 2010 год.

     

    Давайте посмотрим на структуру владельцев выпущенных ценных бумаг на июнь 2011 года.

     

    *Данные взяты с сайта Казначейства США http://www.treasurydirect.gov/

    Из приведенной выше диаграммы видно, что значительную часть казначейских облигаций держат правительственные организации.

    Рассмотрим подробнее. В ходе реализации двух программ количественных смягчений (программы покупки гособлигаций) объем бумаг во владении ФРС увеличился с $740 млрд в 2007 году до $1,6 трлн – к концу июня 2011 года. Это значит, на данную сумму была увеличена денежная масса в обращении (без учета мультипликатора). Именно таким образом проводилась стимулирующая денежно-кредитная политика, и именно таким образом финансировались государственные расходы. Облигации находятся на балансе ФРС, причем на сегодняшний день 92,1% баланса – это долгосрочные ценные бумаги, 56% из которых – облигации казначейства.

    Однако в условиях насыщения рынков ликвидностью и разгона инфляции в стране продолжение скупки государственных облигаций на баланс ФРС вызывает большой вопрос. Центральный банк официально завершил 30 июня 2011 года QE2 и дает противоречивые сигналы о своих будущих действиях.

    Встает вопрос, кто же, если не ФРС (в случае отказа от QE3), будет покупать в дальнейшем облигации федерального правительства для погашения огромного государственного долга и залатывания дыр в бюджете Америки?

    Примечательно, что второе место по размеру пакета казначейских облигаций делят с Центральным банком Китая домашние хозяйства. В их владении свыше $1 трлн. Если до кризиса в портфелях населения можно было наблюдать тенденцию к сокращению доли облигаций правительства, то в 2009 и 2010 годах прирост составил $528,5 млрд (до $776,2 млрд) и $338,2 млрд соответственно (до $1114,4 млрд).

    Также следует отметить, что львиную долю бумаг США держат иностранные участники. В настоящий момент на руках иностранцев (по большей части – центральных банков) находятся американские облигации на $4,51 трлн. Несмотря на приближение окончания QE2, в мае 2011 года Китай, Япония, Великобритания (три крупнейших держателя) увеличили покупки ценных бумаг США (на $7,3; $5,5; $13,5 млрд соответственно). Однако есть и страны, которые в связи с напряженностью на рынках отказались от довольно крупных пакетов. В частности, Россия и Люксембург "сбросили" по $10 млрд.

    Обратимся к графической интерпретации происходящих явлений на рынке десятилетних казначейских облигаций.

     

    *Данные http://finance.yahoo.com/

    На приведенном выше графике вертикальными красными линиями обозначены даты начала QE1 и QE2, а также момент окончания QE2. Как видно, рынок облигаций с воодушевлением принимал помощь от ФРС США. В последние недели программы количественного смягчения доходности по десятилетним облигациям росли. Однако сразу после завершения пошли вниз.

    Итак, насколько сильно могут упасть доходности без присутствия на рынке сильного участника? Я полагаю, что вера в экономику Дяди Сэма сохранится, а спрос  на бумаги останется на прежнем уровне. Ведь, как показано выше, даже в периоды кризиса инвесторы проявляли интерес к гособлигациям. И в последнее время этот интерес также никуда не исчез. В мире, наводненном американской валютой, центральные банки с огромными суммами валютной выручки просто не имеют альтернативных способов вложений. Например, госдолг такой крупнейшей экономики, как Германия, составляет всего €1,721 трлн. Несравнимо с размерами аналогичного показателя США. Кроме того, конкурентные американским Treasuries облигации еврозоны переживают не лучшие времена вследствие долговых проблем в европейских странах.

    Таким образом, размещение новых выпусков казначейских облигаций было и будет, Конгресс поднимет лимит госдолга и в 75 раз (с 1962 года), а долговая пирамида продолжит набирать обороты. Привлеченные средства по-прежнему будут идти на выплаты по существующим обязательствам. При взгляде на график ускоряющегося роста госдолга становится очевидно, что у современного поколения нет иного способа гасить свои обязательства, кроме как использовать преимущества доллара как мировой резервной валюты. Кстати, Совет по займам при министерстве США в начале февраля 2011 года уже порекомендовал правительству выпустить на рынок столетние облигации (в настоящее время максимальный срок долговых бумаг – 30 лет), официально переложив долговое бремя на будущее поколение. Представляется, что долговой "пузырь" долларов схлопнется, как только американская валюта перестанет иметь статус резервной. А ведь уже несколько лет идут разговоры о новой единой валюте (например, специальные права заимствования SDR). Остается надеяться, что настоящему поколению не дадут обанкротиться (что сейчас и происходит), а будущее сможет исправить ситуацию.

    Елена Туржанская, аналитик ФГ Калита-Финанс

  6. Как спасти российскому гражданину свои сбережения в случае дефолта США: семь практических шагов

    15 июля – пожалуй, самое время включать обратный отсчет. Отсчет до "ключевой" даты для экономики США, а за ними и для всех остальных государств – 2 августа. Конгресс должен принять решение о поднятии потолка государственного долга, иначе стране грозит дефолт. В связи со скорым наступлением столь значимого события СМИ пестрят различными статьями с рассуждениями экономистов относительно дальнейшего сценария развития ситуации. Однако если аналитики уже смогли определиться со своими действиями в случае реализации худшего варианта – то есть неспособности США выплачивать проценты по своим обязательствам,  то обычный гражданин теряется в сомнениях при ответе на вопрос: "А что же делать мне, чтобы минимизировать последствия кризисной ситуации в Америке?"

    В данной статье я предлагаю вниманию читателей семь шагов, которые, на мой взгляд, могут спасти сбережения в случае объявления технического дефолта ведущей экономики мира.

    1. Что будет с курсом доллара? В первую очередь отмечу, что в случае дефолта вера в стабильность казначейских облигаций США будет мгновенно потеряна и они резко упадут в цене. Федеральный резерв бросится спасать ситуацию, печатать доллары и на них выкупать у паникующих инвесторов государственные долговые бумаги. По идее, курс доллара упадет, как падают любые национальные валюты в случае объявления государством дефолта. Однако в ситуации с США не все так просто и однозначно. Вбрасываемых ФРС в экономику долларов будет явно недостаточно, чтобы отсрочить массовые Margin Call`ы по всем миру. Стоит напомнить, что гособлигации США очень широко используются в качестве залога по кредитам, а также лежат в основе структурированных деривативов. А при обесценивании залога происходит Margin Call (требование банков и брокеров срочно, в течение нескольких часов, довнести обеспечение). Покрывать Margin Call-ы в данном случае будет нечем – долларов в мировой системе окажется слишком мало, чтобы поддержать внезапно возникшие огромные обороты по взаимным требованиям между крупнейшими банками и корпорациями (в первую очередь, по кредит-дефолтным свопам, объемы которых приближаются к $25 трлн). Парадоксально, но в период американского кризиса не стоит сбрасывать со счетов американскую валюту: она может значительно укрепиться против других валют.

    2. Золото. Во-вторых, рассмотрим рынок золота, остающегося для инвесторов на протяжении десятилетий "тихой гаванью" в периоды нестабильности на финансовых рынках. "Желтый металл" начиная с ноября 2008 года вырос в цене более чем на 115% и продолжает восходящее движение и по текущий момент, устанавливая все новые рекорды (14 июля котировки золота на товарной бирже Нью-Йорка COMEX впервые превысили отметку $1590 за унцию, что стало новым историческим максимумом). Учитывая вышеописанную динамику, а также общепризнанную роль драгоценного металла в качестве "актива-убежища", мы предполагаем, что после возможной краткосрочной коррекции цена вновь начнет расти. Кстати, с 15 сентября (момента объявления Lehrman Brothers банкротом – многие экономисты считают эту дату официальной датой начала кризиса) золото потеряло за короткие сроки (около полутора месяцев) более 20%, однако потом начало довольно интенсивный рост.

    *Недельный график цены золота из торгово-аналитической программы iTrader

    3. Швейцарский франк. Обращаясь к "активам-убежищам", хочется также упомянуть такую валюту как швейцарский франк. Возьмем ту же точку отсчета: кризисный ноябрь 2008 года. С тех пор франк укрепился больше чем на 35%. Для валюты это очень существенный показатель. К сожалению, в России этот инструмент защиты от рисков не пользуется широким спросом, ввиду нераспространенности среди населения. В 2010 году лишь каждый десятый гражданин РФ в выборе валюты отдавал предпочтение иностранной. При этом наибольшую долю стабильно занимают евро и доллар. В связи с этим многие спросят, где же можно купить столь "экзотическую" валюту. Например, в компании "Калита-Финанс", которая предлагает торговлю валютными парами USD/CHF, EUR/CHF и другими.

    *Недельный график курса валютной пары USD/CHF из торгово-аналитической программы iTrader

    4. Депозиты. Поговорим о более привычном для российского населения инструменте инвестирования – депозитных вкладах в коммерческих организациях. На конец 2010 года, по данным национального агентства финансовых исследований, треть населения России (32%) предпочитает для хранения сбережений банковские вклады. В связи с этим отдельное внимание мы заостряем на динамике процентных ставок по вкладам физических лиц в 2008–2010 годах.

    Урок 2008 года показывает нам, как будет себя вести рынок депозитов. Из приведенного выше графика видно, что ставки в период кризиса повышались. Банки хотели всеми правдами и неправдами остановить отток капитала и повышали плату за привлеченные средства. И только с апреля 2009 года, когда спад экономики приостановился, ставка процента начала снижаться.

    До этого момента мы акцентировали внимание на инструментах, хеджирующих экономические риски. Теперь рассмотрим активы, которые, по нашему мнению, стоит избегать.

    5. И первый в списке - российский рубль.  Как известно, национальная валюта относится к рисковым валютам, кроме того, она в сильной степени коррелирует с ценами на нефть. В случае развития кризисной ситуации банки и хедж-фонды, в попытках срочно найти ликвидность для покрытия обязательств, о чем мы писали выше, начнут массово скидывать фьючерсы на нефть и промышленные металлы. Соответственно, с падением цен на "черное золото" начнет обесцениваться и российская валюта. Например, в конце 2008 года, когда нефть упала на 60%, рубль потерял около 40% (с 25 руб. за доллар в сентябре 2008 до 35 руб. в начале февраля 2009 года).

    6. Акции. Стоит ли говорить о фондовом рынке и рынке коллективных инвестиций, которые стандартно выступают "козлом отпущения" в кризисные моменты? Наверное, в данном абзаце следует говорить о масштабах падения, но этой теме можно посвятить отдельное исследование не на одну и не на пару страниц. Приведу лишь несколько цифр. 15 сентября в течение торговой сессии индекс ММВБ опускался на 30%, а до конца года индикатор потерял более 45%. Превысить докризисное значение рынок смог лишь спустя девять месяцев. Фондовые площадки развивающихся стран, к которым пока относится и Россия, очень чутко относятся к внешним факторам и реагируют на них весьма значительно.

    7. Недвижимость. В заключение хотелось бы отметить возрождающийся в настоящее время рынок недвижимости и связанный с ним ипотечный рынок. Особенностью данного рынка является его невысокая ликвидность, а также немалая степень риска в связи с долгосрочностью вложения. Несмотря на то, что в 2011 году ипотечные ставки продолжают снижаться и выглядят относительно привлекательными, пожалуй, нет ничего хуже, чем оказаться в период кризиса связанным по рукам и ногам ипотекой. Когда случился финансовый кризис 2008 года, многие кредитные организации прекратили выдавать ипотеку. По данным аналитического центра "Русипотека", в 2009 году количество выданных ипотечных кредитов сократилось почти в три раза. Вместе с этим ставки взлетели вверх, а о рефинансировании можно было только мечтать.

    Резюмируя, хочется подчеркнуть: если заранее обдумать план отступления и грамотно диверсифицировать свои сбережения, убытки можно если не избежать, то существенно минимизировать. Из любой "безвыходной" ситуации есть выход. Подтверждение этому – возрождающиеся экономики (не без труда и проблем) после мирового кризиса 2008–2009 годов.

    Аналитик ФГ "Калита-Финанс" Туржанская Елена.

  7. «Безопасный» дефолт США

    К чему может привести отказ платить по своим обязательствам крупнейшей экономики мира.

    Praemonitus praemunitus –

    Предупрежден – значит  вооружен

    (латинская пословица).

    По сообщениям СМИ, республиканская партия США, заблокировав повышение предельной планки государственных заимствований, предлагает устроить краткосрочный технический дефолт Соединенных Штатов. Правильность столь беспрецедентного шага республиканцы аргументируют тем, что фиксация предельной планки госдолга и технический дефолт США заставит наконец демократов прибегнуть к радикальному сокращению расходов бюджета, относительно которого в последнее время происходят самые жаркие политические баталии. Сокращение расходов госбюджета, безусловно, мера необходимая и важная, но стоит ли прибегать к таким жёстким мерам? Стоит ли сжигать дом, чтобы выгнать из него тараканов?

    Давайте рассмотрим  кажущийся до недавнего времени невероятным  сценарий дефолта Соединенных Штатов, допустив, что предложение республиканцев  не является  политическим пиаром.

    Итак, в первую очередь  вера в стабильность казначейских облигаций США будет мгновенно потеряна, и они  резко упадут в цене.  Федеральный Резерв бросится спасать ситуацию, печатать доллары и на них выкупать у паникующих инвесторов государственные долговые бумаги. Однако вбрасываемых в экономику долларов будет явно недостаточно, чтобы отсрочить массовые Margin Call`ы по всем миру. Стоит напомнить, что гособлигации США очень широко используются в качестве залога по кредитам, а также  лежат в основе структурированных деривативов. А при обесценивании залога происходит Margin Call (требование банков и брокеров срочно, в течение нескольких часов, довнести обеспечение). Покрывать Маржин Колы в данном случае будет нечем – долларов в мировой системе окажется слишком мало, чтобы поддержать внезапно возникшие огромные обороты по взаимным требованиям между крупнейшими банками и корпорациями (в первую очередь, по кредит-дефолтным свопам,  объемы которых приближаются к 25 трлн.долларам[1]).

    После резкого (двукратного и более) падения к ведущим мировым валютам в момент объявления дефолта, «американец» не менее резко вырастет в цене – доллар вдруг станет  всем очень нужен (для расчетов), но никто никому его в займы его уже не дает. Банки закрывают друг на друга лимиты, и межбанковский рынок кредитования перестаёт существовать – точно по такому же сценарию, как в момент крушения банка Lehman Brothers в 2008 году. Наступает паралич финансовой системы, включая валютный рынок и рынок деривативов.

    Стоит ли упоминать, что паралич затронет и важные для России и развивающихся стран  товарные биржи? В попытках срочно найти ликвидность для покрытия обязательств, хеджфонды и банки начинают массово скидывать фьючерсы на нефть, золото, промышленные металлы и проч. активы, еще больше усиливая эффект домино и провоцируя новые  взаимные дефолты. Цены стремительно рушатся вниз. Как это бывает, можно посмотреть на графике серебра.  

     

    1-го мая с.г. крупнейшая товарная биржа CME резко повысила маржинальные требования с $12 825 до $14 513 за один контракт. При этом год назад обеспечение составляло всего $4 250. Как видим, подобное ужесточение торговых условий привело к провалу цен с почти 50-ти долларов за унцию, до $34. Т.е. 30-ти процентное падение всего за 5 дней! Представляется, что в случае объявления дефолта Соединенными Штатами подобная картина будет наблюдаться повсеместно во всех активах – от акций и биржевых индексов до нефти и  золота.

    Увы, золото тоже не останется в стороне. Многие полагают, что желтый металл   может защитить от экономических потрясений и стать тихой гаванью для инвесторов, однако это заблуждение. Дело в том, что до тех пор, пока золото по всему миру торгуется в долларах США – ведущая роль в этой паре будет принадлежать не спросу на золото, а спросу на доллары. Как я писал выше, в случае кризиса ликвидности (а он неизбежен в ситуации дефолта)  спрос на доллары резко вырастет, их станет мало, что приведет к массовому закрытию позиций на биржевых и внебиржевых рынках - и в золоте в том числе.

    В пример можно привести начало кризиса в 2008-м году. 15 сентября банк Lehman Brothers объявляет о банкротстве, золото за день взлетает на 12% (с 774 долларов за унцию до $868), однако уже месяц спустя за унцию желтого металла дают чуть больше 700-т долларов. И только запуск программ денежного стимулирования со стороны ФРС США позволил золоту вырасти и закончить 2008-й год на все тех же уровнях в $868 за унцию.

    Дальнейший ход событий - будет ли ФРС выкупать все те четыре с лишним триллиона казначейских облигаций, находящихся на балансах иностранных инвесторов  или ограничится техническими покупками для поддержания курса - предсказать трудно. Также трудно предсказать, как поведут себя мировые центральные банки, которые вовсе не заинтересованы получить доллары в обмен на облигации – ведь эти гигантские суммы просто невозможно никуда больше деть. Рынок «казначеек» был единственным ликвидным рынком общемирового масштаба. Например, объем рынка гос.долга Германии составляет всего $1.5-2 трлн. Скорее всего, монетарные власти развитых и развивающихся стран «простят» дефолт США и согласятся на реструктуризацию. Не исключено, что центральные банки даже будут вынуждены пойти на поклон к ФРС США и открыть своп-линии, дабы не допустить резкого (в разы!) обесценивания курсов собственных национальных валют к дорожающему доллару (в том случает, если ФРС не будет активно монетизировать долг). 

    Подводя итог под всем вышесказанным, отмечу, что предлагаемый республиканцами дефолт США, возможно, слабо ударит по самой американской экономике, но безусловно, приведёт к мощнейшей волне кризиса во всём мире. Остаётся только надеяться, что американские власти прекратят эти опасные игры с огнём и ко 2-му августа повысят планку государственного долга США.

    P.S. Только что стало известно, что международное рейтинговое агентство Fitch Ratings может понизить суверенный рейтинг США до уровня "ограниченный дефолт", если власти страны не смогут погасить облигации и осуществить купонные платежи по ценным бумагам со сроком оплаты 15 августа с.г., говорится в сообщении Fitch.

    Алексей Вязовский, аналитик ФГ Калита-Финанс


    [1] По данным http://www.isdacdsmarketplace.com/market_statistics  Для сравнения - объем всего мирового ВВП около $50 трлн.


  8. Судьба ливийских резервов – предупреждение для России

    Только что вышла весьма интересная новость, проливающая свет на деятельность инвестиционных банков Уолл-Стрит – новость о судьбе части валютных резервов Ливии, отданных в управление инвестбанку Goldman Sachs накануне кризиса ликвидности 2008 года. Согласно внутренним документам банка, в период с января по июнь 2008 года Goldman Sachs получил от суверенного фонда Ливии $1,3 млрд, которые к февралю 2009 года превратились в $25 млн, то есть потери составили 98%.

    По информации РБК-daily, Libyan Investment Authority распределил значительную долю своих средств среди целого ряда западных банков и инвестфондов. Ливийские деньги проходили через счета Societe Generale, HSBC Holdings, Carlyle Group, Morgan Chase & Co, Och-Ziff Capital Management Group и Lehman Brothers Holdings. В общем, частями суверенного фонда управляли институты, почти все хорошо знакомые нам по кризису 2008 года.

    Глядя на выплывшие сегодня на свет результаты их управления, невольно задаешься двумя вопросами.

    Первый: а есть ли на самом деле те $37 млрд валютных резервов Ливии, которые якобы заморожены за "нарушения прав человека" американцами и их союзниками? Или они повторили судьбу тех ливийских  $1,3 млрд, и от них остались только липовые выписки по счетам, а деньги давно уже исчезли в пучине кризиса?

    Как вы думаете, стоит ли начало очередной "маленькой победоносной войны" того, чтобы скрыть изъятие $37 млрд золотовалютных резервов? А ведь в будущем еще можно будет прокредитовать восстановление Ливии от разрухи из этих миллиардов под залог нефтяных поставок!

    И второй вопрос: а чем, собственно, суверенный фонд Libyan Investment Authority отличается от ничуть не менее суверенного российского "Фонда национального благосостояния РФ" (около 2,7 трлн руб.)? Или от Резервного фонда? Относительно Резервного фонда сайт Минфина нам нежно сообщает, что "Остаток на счете (долларов) 11 076 524 377,83". Вы уверены, что эти доллары реально существуют? И не Goldman Sachs ли управляет этими двумя фондами в "интересах" правительства России и ее народа?

    И вообще, не приходит ли представителям российской власти (конкретнее – Кудрину и Игнатьеву) в голову, что однажды все авуары России за рубежом на $0,5 трлн тоже возьмут и заморозят? И что ими не заткнут дыры в балансах инвестбанков при очередном витке кризиса? Разумеется, это все риторические вопросы. Почему риторические?

    Просто в заключение процитируем газету "Коммерсантъ" от 9 марта 2011 года: "…The Financial Times со ссылкой на свои источники обнародовала список крупных инвесткомпаний, которым правительство РФ сделало предложение об участии в проекте создания совместного фонда инвестиций… объемом $10 млрд. По этим данным, развитием проекта предлагается заняться Goldman Sachs, предложения об участии переданы Apollo Management, Blackstone, Carlyle...". Знакомые все лица, не правда ли?

  9. Экономика России – до и после выборов

    "...Чтоб музыкантом быть, так надобно уменье

     И уши ваших понежней,

     – Им отвечает Соловей. –

     А вы, друзья, как ни садитесь – 

     Все в музыканты не годитесь".

    И. А. Крылов, "Квартет"

    Чем ближе выборы в парламент и выборы президента, чем горячее кажутся вызванные приближением выборов внутриполитические дискуссии в СМИ, тем чаще можно услышать спекуляции на тему, куда пойдет российский рынок и российская экономика в зависимости от того, кто будет избран президентом на следующий срок. Будет ли президентом Путин, или им останется Медведев, или внезапно появится кто-то третий, например, выдвинувшийся на днях в лидеры "Правого дела" миллиардер Прохоров? И как в каждом из этих случаев будет развиваться внутриэкономическая ситуация?

    Чтобы строить предположения о будущем российской экономики, надо ясно понять, что из себя представляет в экономическом отношении Россия сегодня. Для этого проделаем краткий экскурс в прошлое.

    В 1991 году, вслед за распадом Восточного блока и рынка СЭВ, прекратил свое существование обанкротившийся во всех отношениях (в экономическом, политическом, идеологическом и управленческом) СССР. Все осколки некогда великой державы, вследствие крушения устоявшихся экономических связей, тут же попали в критическую зависимость от экспорта на рынки развитых стран. Только там можно было найти стабильный платежеспособный спрос и свободно конвертируемую валюту, жизненно необходимую и производителям, и правительствам в условиях, когда внутренние рынки молодых государств переживали коллапс, а их валюты стремительно обесценивались и теряли доверие народа (именно это, кстати, сейчас происходит с Белоруссией и белорусским рублем).

    Среди всей экспортной продукции наиболее конкурентоспособным товаром в сложившейся экономической ситуации предсказуемо оказалось сырье, на которое развитые страны предъявляли гарантированный растущий платежеспособный спрос. Рост относительной доли сырьевого сектора на фоне коллапса внутреннего спроса в других отраслях породил в первой половине 1990-х годов тот тип экономики, который в своей основе сохранился до нынешнего времени. Отличительными чертами этой экономики является сырьевой экспорт как экономический фундамент, и обеспечение национальной валюты иностранной валютой как мера и гарантия покупательной способности национальной валюты.

    Принцип функционирования такой экономики предельно прост: в страну от продажи сырья поступает валюта, ее выкупают за эмиссию рублей, которые, в свою очередь, распределяясь по внутреннему рынку естественным и фискальным путем, обеспечивают на нем платежеспособный спрос. Этот платежеспособный спрос, в свою очередь, стимулирует рост в других отраслях, ориентированных в основном на внутренний рынок.

    Каждый рубль денежной базы в существующей сегодня экономической модели более чем на 100% обеспечен валютными резервами ЦБ. Суверенная эмиссия, то есть эмиссия под обязательства, номинированные в национальной валюте, не проводится принципиально. Такова, пожалуй, самая главная и фундаментальная отличительная черта существующей в России экономической модели; пресловутая "сырьевая зависимость" – лишь следствие.

    Вся прибыль бизнеса, без которой не работает логика капитализма и капиталистическая экономическая модель, в более или менее стабильно функционирующей экономике берется от различных форм денежной эмиссии. Прибыли больше неоткуда взяться, потому что если допустить, что прибыль постоянно берется исключительно из кармана потребителя, это приводит к периодическим кризисам перепроизводства и дефляционным коллапсам, связанным с истощением потребительского спроса по мере перераспределения денег от потребителя к создателям добавленной стоимости. Во времена золотого стандарта такие коллапсы случались регулярно, – классическим подобным коллапсом была пресловутая Великая Депрессия, – и именно по этой причине от золотого стандарта, и вообще от любых форм гарантированного обеспечения денег отказался глобальный капитализм, окончательно перейдя к расчетам фиатными деньгами[1] в мировой торговле.

    Однако в реалиях российской экономической модели, при которой суверенная эмиссия не проводится принципиально, вся прибыль российского бизнеса и рентабельность, как отдельных товаропроизводителей, так и рыночной части экономики в целом, оказывается в прямой зависимости от устанавливаемого ЦБ курса рубля, и объема экспортной валютной выручки. Российский экспорт же имеет исторически сложившийся сырьевой характер.

    В результате получается, что рентабельность российских производителей зависит от трех факторов: предложения ликвидности на глобальном финансовом рынке, произвола глобальных спекулянтов на сырьевых рынках и произвола Банка России в вопросе установления курса национальной валюты. В таких условиях даже те, кто работает сугубо на внутренний рынок, вынуждены нести на себе неявные валютные риски.

    Более того, поскольку эмиссия осуществляется под сырьевой экспорт (то есть фактически – под полученную на внешнем рынке сырьевую ренту), вся прибыль на внутреннем рынке получается как та или иная ступень передела этой самой сырьевой ренты, и на каждом новом этапе этого передела рентабельность, естественно, падает.

    В нормальной капиталистической экономике, в которой ликвидность поддерживается ЦБ в интересах всей экономики и максимизации занятости, с усложнением цепочки добавленной стоимости рентабельность цепочки в целом должна расти, потому что растет совокупная добавленная стоимость – именно такая модель и стимулирует экономику к внедрению инноваций и повышению производительности труда. Капиталистическая экономика может функционировать нормально только в том случае, если из сырья выгодно производить все более и более сложную продукцию. В России же сложилась и сохраняется такая экономическая модель, при которой из сырья для внутреннего рынка производить продукцию невыгодно, так как вся возможная добавленная стоимость в экономике уже предопределена объемом сырьевой ренты, получаемой от экспорта. Именно поэтому нефтяные компании не инвестируют в нефтепереработку на территории России, а предпочитают гнать сырье на экспорт, и так будет даже в том случае, если внутренние цены на топливо приблизятся к европейским. Единственным ограничителем роста цен в этой ситуации является импорт, и при сохранении существующей экономической модели недалек тот день, когда в приграничных зонах импортный бензин станет ограничителем роста цен на бензоколонках.

    Парадокс сложившейся ситуации в том, что когда правительство и ЦБ пытаются бороться с "фундаментальной нерентабельностью" (ими и созданной) российской экономики методами валютного демпинга, то есть путем избыточной эмиссии рублей под сырьевую ренту, искусственно  занижая курс рубля, они только усугубляют ситуацию. Потому что эмиссия этих, не связанных в обязательствах, денег разгоняет инфляцию, провоцируя рост кредитных ставок и угнетая производителя гораздо сильнее, чем его угнетал бы сильный рубль.

    Часто приходится слышать, что слабый рубль выгоден отечественному производителю, но это крайне однобокий штамп экономической мысли, особенно опасный в существующих российских реалиях. Задайте такой вопрос: что лучше – доллар за 30 руб. при ставке по кредиту 20% годовых и сроке кредитования не более трех лет, или доллар по 20 руб. при ставке по кредиту 6% и сроке кредитования до десяти лет? Для промышленности с высокой глубиной переработки, вкладывающей деньги в инновации с большим горизонтом инвестирования, почти наверняка выгоднее второй вариант. А для какого-нибудь кустарного производства, обходящегося без кредита вообще, выгоднее первый. Так какой именно тип промышленности нужен стране для обеспечения ее конкурентоспособности? И в чьих интересах рассуждают те, кто говорит о том, что для придания стимула к экономическому росту России нужна очередная девальвация, за которую инфляцией заплатит народ? Они рассуждают в интересах компаний, которые всю операционную деятельность ведут в долларах, но налоги и зарплаты платят в рублях, а это – преимущественно сырьевые экспортеры. Сырьевые компании заинтересованы в уменьшении в долларовом выражении рублевых издержек, и тот, кто предлагает в очередной раз "спонсировать" их девальвацией, предлагает изъять у населения платежеспособный спрос и отдать его им в прибыль без какой-либо определенной надежды на то, что эта прибыль будет реинвестирована обратно в экономику. Это прямой удар по ориентированному на внутренний спрос производителю, а вовсе не помощь ему. И этот удар раз за разом наносится стране правящей элитой на протяжении последних двадцати лет.

    Не сильный рубль угнетает сегодня в России производство – какой же он "сильный", если он занижен по ППС на 30–40%? Созданная в интересах сырьевых корпораций и чиновников, заинтересованных в "распиле" бюджета, экономическая модель угнетает российского производителя. Она на руку сырьевым экспортерам, живущим на сырьевую ренту, и чиновникам, превращающим часть сырьевой ренты, попавшую в бюджет, в ренту "административную". Этот неофеодальный госкапитализм, в котором основная экономическая активность вертится вокруг торговли сырьем и статусом, по самой своей сути должен угнетать и угнетает все, что не связано с сырьем и статусом. Все, что не связано с сырьем и статусом, в такой социально-экономической модели бесперспективно в сколько-нибудь долгосрочной перспективе.

    Что такое Россия сегодня? Россия – это не суверенное государство, потому что она не обладает важнейшими атрибутами суверенной государственности: суверенной валютой и суверенной денежной политикой. Причем, в отличие от стран ЕС, делегировавших свой суверенитет в общий центр, который поддерживает ликвидность экономики еврозоны в целом и, если требуется, действует в интересах отдельных ее членов, Россия отказалась от финансового суверенитета в принципе. Не в чью-то пользу, что интересно, а в принципе. В пользу мифического "всемогущего глобального рынка", который, согласно верованиям либерального фундаментализма, своей "всемогущей рукой" должен отрегулировать экономику России наилучшим, по определению, образом. Однако, когда это "наилучшим образом" все же противоречит вполне конкретным частным интересам, этому "саморегулированию" помогают в "ручном режиме" прокуратурой, "докторами" и прочими административными методами.

    Какова же роль этого, никак не регулируемого рынка, на самом деле? На Западе он делает, в сущности, очень простую вещь: обогащает уже богатых. "Деньги – к деньгам". Инвестиции всегда идут уже проторенной дорогой. На большом объеме капитала получается экономия на масштабе производства и еще больший рентный доход. А в российских условиях самый большой доход получается в сырьевых отраслях и при освоении бюджета. Выходит так, что в России либеральный фундаментализм и неофеодальный этатизм[2] парадоксальным образом сливаются в некое единое "учение" о приоритетной необходимости обеспечения макроэкономической стабильности в интересах сырьевых корпораций и бенефициаров от распределения бюджета. Причем эта стабильность поддерживается полностью открытой для ввода и вывода капиталов, огосударствленной и, самое главное, несуверенной (то есть колониальной по своей сути) экономикой.

    Однако эта стабильность реально может существовать лишь до следующего серьезного и достаточно продолжительного падения глобального сырьевого рынка. Перспектива этого падения, которая маячит в умах господствующей элиты, и соответственно, страх, побуждает элиту стремиться к модернизации экономики, которую господствующая элита понимает не иначе как диверсификацию экспорта некой RUSSIA inc., – ведь страна воспринимается ими не как суверенное государство, а скорее – как корпорация, торгующая на глобальном рынке за иностранную валюту. Однако примат гарантированного сохранения своего господства и условий для дальнейшего обогащения за счет эксплуатации недр и статуса отталкивает элиту от любых действительно серьезных шагов в направлении изменения структуры экономики, потому как такое изменение неизбежно должно отразиться и на структуре элиты.

    Предел существующей экономической модели, тем не менее, действительно достигнут. Впервые за всю историю постсоветской России сложилась ситуация, когда рост цен на сырье сопровождается продолжающимся оттоком капитала из страны[3].

    Из страны побежали не только деньги коррумпированных чиновников, которые боятся серьезной перестройки по итогам будущих выборов сложившейся ранее "вертикали власти". Из страны побежали деньги среднего класса, который напуган не столько неизбежным будущим падением экономики, сколько прогрессирующей неадекватностью высших эшелонов российской власти.

    Из высших эшелонов российской власти звучат уверенные заявления и прогнозы, что инфляция в стране в 2011 году будет ниже 10%, тогда как только с начала года цены на продовольствие по ряду наименований выросли более чем на 20%, а цены на бензин выросли бы до ценового уровня Скандинавии, если бы их рост не остановили административными мерами, породив бензиновый кризис. Заявляется, что Стабфонд к концу года будет удвоен, за счет чего осенью будут подняты социальные выплаты. Это – две стороны одной медали: на социальные выплаты пойдет та самая эмиссия, которую осуществят под выкуп отданной в налоги сырьевой валютной выручки. И при всей очевидности того, что эти меры спровоцируют новый виток инфляции, утверждается, что инфляция останется под контролем. Заявляется, что правительство стремится к диверсификации экономики, и эти заявления сопровождаются резким ростом с начала года социальных налогов, которые фактически являются налогами на труд. Больше всего от этих мер страдают именно производящие отрасли экономики. Заявляется, что правительство стремится к развитию конкуренции, но внутренние цены на энергию и топливо, которые считаются от европейских по принципу "равнодоходности", не имеют никакого отношения к внутреннему спросу и предложению. Они завышены и являются результатом прикрываемого правительством монопольного диктата. Заявляется, что страна стремится стать инновационной экономикой, и что для этого у нас создано Сколково. Но любому мало-мальски здравомыслящему человеку, который понимает, что для коммерциализации инноваций нужна сильная производственная база, обеспечивающая спрос на них, очевидно, что Сколково в существующих сегодня в России условиях (в которых практически невозможно развитие конкурентоспособной современной промышленности) – это проект по отоплению вселенной, как и все российское образование, кстати. В лучшем случае, от Сколково стране достанется роялти, а вся добавленная стоимость вместе с мозгами и инновациями уйдет за рубеж – туда, где реально будут воплощаться инновации. Это просто еще один источник сырьевого экспорта – в дополнение к нефти, газу и металлам Россия начинает экспорт интеллектуального сырья, к переработке которого российская экономика, в рамках сложившейся и искусственно сохраняемой социально-экономической модели так же неспособна, как она неспособна к переработке сырья из недр.

    Очевидно, что надо что-то менять, но также очевидно, что до выборов ничего менять не будут, чтобы "не раскачивать лодку". До выборов, если не случится каких-то серьезных передряг на глобальном рынке, будет та же стагфляция, которая есть сейчас при достаточно высоких ставках по рублевым депозитам, стабильном валютном курсе и анемичном фондовом рынке. Вопрос в том, что же будет после?

    В ситуации тотальной зависимости экономики от глобального сырьевого рынка и внешнего кредита будет только то, что преподнесет экономике глобальный рынок и внешний кредит. От решений ФРС и поведения спекулянтов на лондонской и чикагской биржах в России зависит гораздо больше, чем от слов и решений первых лиц государства. Это верно и в силу крайне низкого КПД госаппарата – как известно, лишь около 10% поручений Президента хоть как-то исполняются пресловутой "вертикалью".

    Будут ли предприняты какие-то шаги, направленные на изменение этой пагубной зависимости? Едва ли.

    Если бы кто-то в высших эшелонах российской власти желал предпринять такие шаги, он бы предпринял их уже сегодня, благо такие шаги совершенно не подразумевают сокращения социальных обязательств государства и не только социально безопасны в преддверии выборов, но и с большим одобрением были бы встречены населением.

    Эти шаги просты:

    – ратификация в полном объеме конвенции ООН по борьбе с коррупцией и обуздание коррупционного произвола чиновников;

    – обуздание монополистов, в частности, отказ от принципа "равнодоходности" с европейским рынком для топливно-энергетических компаний, который особенно лицемерен с учетом того, что курс рубля часто устанавливается непосредственно в их интересах;

    – перевод внутренних цен на топливо на конкурентные рыночные рельсы, когда цены обусловлены лишь платежеспособным спросом потребителей;

    – развитие рынка рублевых государственных облигаций;

    – перевод денежной эмиссии на суверенные рельсы, когда ЦБ начинает действовать не в интересах чиновников из правительства и экспортеров, а в интересах экономики в целом, а денежная эмиссия проводится под обеспечение национальными активами, а не долгами иностранных государств;

    – снижение налогового бремени на труд и на реального производителя, что приведет в перспективе не к падению, а, напротив, к росту налоговых поступлений, благодаря выходу значительной части доходов из тени и росту налогооблагаемой базы. Временно выпадающие доходы бюджета можно было бы скомпенсировать подъемом акцизов на табак и алкоголь, которые в России чуть ли не самые низкие в мире, однако правительству, похоже, перед выборами важнее не создание новых рабочих мест, а отсутствие социального недовольства со стороны потребителей табака и спиртного.

    Если сегодня никаких реальных шагов по изменению ситуации в экономике к лучшему не предпринимается, с какой стати они будут предприниматься после выборов? После выборов могут быть предприняты только социально непопулярные шаги по восстановлению рентабельности существующей ретроградной социально-экономической модели за счет сокращения социальных обязательств государства. Только таким образом и можно продлить существование этой модели в условиях, когда цены на сырье больше не будут расти относительно цен на потребительские товары и оборудование.

    Кто бы ни пришел к власти после выборов, ему необходимо будет либо менять сложившуюся модель, либо консервировать ее на следующий президентский срок. Учитывая, что российская элита едина в своем стремлении оставаться у кормила бесконтрольной власти, и все противоречия между тем, что условно можно назвать партией Медведева-Чубайса-ИНСОРа и партией Путина-Кудрина-ВШЭ, сводятся, на самом деле, к фразеологии (первые часто употребляют слово "демократия", вторые – словосочетание "социальное государство"), можно предположить, что будет предпринята попытка консервации модели.

    Таким образом, в скором будущем после выборов для России вырисовываются три возможных сценария, которые сами по себе находятся в прямой зависимости от тех решений, которые будут приниматься в ведущих финансовых центрах мира.

    Сценарий №1: глобальная стагфляция

    Этот сценарий реализуется, если американские денежные власти после окончания второй программы эмиссионного стимулирования экономики, известной как QE2, запустят следующую – QE3. Доллар в этом сценарии предсказуемо будет падать по отношению к корзине валют других развитых стран, к промышленному сырью, и в особенности, к драгметаллам. Валовая экспортная выручка России в этом сценарии вырастет в номинальном выражении, под нее для бюджета напечатают рубли, которые частью пустят на увеличение социальных обязательств, частью – разворуют. После чего эта эмиссия просочится в "пузыри" недвижимости и в конечный спрос, который простимулирует рост сферы услуг как по номиналу, так и как долю в ВВП.

    Рубль при этом будет медленно укрепляться. При том, что рублевый кредит будет стагнировать, кредитоваться будет выгоднее в падающем долларе по низким ставкам. Будут сохраняться довольно высокие темпы инфляции –  выше, чем рост промышленности.Также будет приток спекулятивного капитала и надувание нового "пузыря" российских сырьевых активов.

    Таким образом, в этом сценарии мы вернемся во времена "энергетической сверхдержавы" 2006–2008 годов и в двухукладную экономику, где сырьевой сектор растет на падающем долларе, а вся прочая промышленность находится в условиях стагфляции, то есть растет по номиналу. При этом инфляция будет обесценивать этот рост более чем на 100%, – за исключением тех случаев, когда этот рост будет стимулироваться государственными субсидиями.

    Не исключено, что на уровне глобальной политики этот сценарий будет сопровождаться "переформатированием" так называемого Большого Ближнего Востока, и Россия вместе со своим окружением окажется зоной относительной политической стабильности. Это будет дополнительным позитивным фактором для притока спекулятивного капитала на российский рынок и прямых инвестиций в сырьевой и банковский секторы. Доля иностранного капитала в этих секторах вырастет.

    Эта очередная "малина" рано или поздно, разумеется, закончится. Какова будет покупательная способность доллара после всех экспериментов монетарных властей США, если они продолжатся дальше, сказать трудно – но с большой долей уверенности можно утверждать, что относительная цена нефти на выходе из кризиса будет не выше $30 предкризисных (2007 года). Конец "малины" снова вернет российскую социально-экономическую систему в условия 2009 года и поставит ее перед необходимостью изменений – только технологическая отсталость будет больше, демографическая ситуация   хуже, а качество трудовых ресурсов   ниже, чем сегодня. Однако до этого момента страна может пожить так же, как она живет сегодня и жила до второй половины 2008 года.

    Сценарий №2: вторая волна

    Этот сценарий реализуется, если американские денежные власти после окончания второй программы эмиссионного стимулирования экономики более не станут поддерживать американский спрос эмиссией, ужесточат денежную политику и займутся сокращением дефицита федерального бюджета. В этом случае вся периферия глобальной экономики столкнется с масштабной репатриацией иностранного капитала, сырьевые цены рухнут, в периферийных странах ЕС обострятся долговые проблемы и упадет спрос.

    В этом сценарии Россия пострадает вдвойне: от оттока капитала, который примет характер панического бегства, и от падения спроса на свой экспорт. Соответственно, валютной выручки не только перестанет хватать для поддержания стабильности курса рубля в рамках существующей социально-экономической модели, ее перестанет хватать даже для поддержания стабильности денежного обращения и денежной базы в достаточном объеме. В этой ситуации либо правительство и Банк России должны будут в условиях крайне неблагоприятной внешней конъюнктуры проводить перестройку существующей социально-экономической модели, которую сегодня можно было бы выполнить достаточно гладко, либо смириться с тем, что инфляция на некоторое время станет очень высокой, а благосостояние граждан по итогам обвала, возможно, уменьшится в разы.

    Что из себя будет представлять Россия на выходе из такой передряги, если она случится, сказать трудно. В зависимости от действий правительства, она может выйти как страна с более или менее здоровой экономикой, денежная система которой опирается в достаточной степени на внутренний спрос, страна, в которой выгодно производить и созданы приемлемые условия для привлечения прямых инвестиций, или же Россия станет большим евразийским аналогом Зимбабве.

    Сценарий №3: медленное сжатие

    Этот сценарий реализуется, если американские денежные власти после окончания второй программы эмиссионного стимулирования экономики не станут далее поддерживать американский спрос путем дальнейшего наращивания денежной базы и предпринимать серьезные шаги для уменьшения бюджетного дефицита, а монетарная политика останется мягкой. Денежная база в США перестанет расти, соответственно, исчезнут предпосылки для дальнейшего надувания цен на сырье и драгметаллы. В ситуации, когда рынок недвижимости США еще некоторое время будет оставаться проблемным, американский банковский кредит восстанавливаться не будет, несмотря на низкие ставки, либо будет, но очень вяло.

    Этот сценарий представляется сейчас наиболее вероятным, и он будет сопровождаться длительной и достаточно плавной коррекцией сырьевых цен, что допускает консервацию существующей российской социально-экономической модели в надежде переждать плохую конъюнктуру. Такая консервация будет сопровождаться:

    – сохранением рентабельности сырьевого сектора на привлекательном уровне, благодаря умеренному падению валютного курса рубля;

    – падением внутреннего спроса в реальном выражении, связанным с прямым и косвенным сокращением социальных расходов бюджета;

    – косметическими попытками диверсифицировать экспорт путем создания локальных зон для привлечения прямых иностранных инвестиций, типа индустриальных парков с особым налоговым и правовым режимом. В тех случаях, когда такая диверсификация будет успешной, она послужит оправданием модернизационной риторике, которая, вероятно, сохранится и на следующий президентский срок.

    Натолкнется ли эта попытка консервации на внешние обстоятельства непреодолимой силы в форме ускорения спада мировых рынков, или она окажется успешной в течение всего следующего президентского срока – покажет время. А успешность лишь отложит существующие проблемы на будущее, обострив их.

    Если подытожить все три сценария, становится ясно, что при сложившейся в России социально-экономической модели совершенно неважно, кто именно станет президентом РФ в следующем году. Его курс будет на 90% зависеть от конъюнктуры на глобальном рынке, выражая интересы крупного российского сырьевого бизнеса и наиболее сильных бюрократических групп, распределяющих бюджет. Чтобы изменить сложившееся положение вещей, нужен лидер, который не побоится признать не просто исчерпанность существующей социально-экономической модели, – это уже сделал, к своей чести, президент Медведев. Нужен лидер, способный публично, открыто и честно указать на конкретные механизмы ее реализации и консервации, которые надо менять; на конкретных ее бенефициаров, в чьих интересах эта модель функционировала много лет; способный опереться в своей внутренней политике на широкие слои общества, а не на узкие элитные и корпоративные группы. Лидер, с одной стороны, внесистемный, с другой стороны, достаточно тонко чувствующий и понимающий сложившуюся социально-экономическую систему, чтобы быть способным начать реформировать ее, не провоцируя сильных социальных и внутриполитических потрясений. Такого лидера среди наиболее известных сегодня в России политических фигур не наблюдается, как и не наблюдается мотивации в российском обществе выдвинуть подобную фигуру. Поэтому, пока внешняя конъюнктура позволяет, российская внутренняя политика и соответствующий ей экономический курс останутся неизменными.

    [1] Фиатные деньги (от лат. fiat – декрет, указание, "да будет так") – деньги, законные платежные средства, номинальная стоимость которых устанавливается, обеспечивается и гарантируется государством посредством его авторитета и власти.

    [2] Этатизм (государственничество) (от фр. État – государство) – мировоззрение и идеология, абсолютизирующие роль государства в обществе и пропагандирующие максимальное подчинение интересов личностей и групп интересам государства.

    [3] По оценкам ЦБ, в первом квартале 2011 года отток капитала из России составил $21,3 млрд Еще $7,8 млрд "убежали", по предварительным оценкам, из страны в апреле. И это при ценах на нефть выше $100 за баррель!

  10. Сам не инвестирую и вам не советую!

    Моя предыдущая статья «Почему вам больше никогда не стоит инвестировать в ПИФы или акции на фондовом рынке?» нашла бурный отклик у некоторых участников сайта Fintimes.

    Михаил Нефедов, заместитель председателя правления «Банка БКФ» даже написал целую статью-ответ «Почему имеет смысл инвестировать в акции». В статье автор пытается опровергнуть мои предположения о том, что современный фондовый рынок, и в частности, такой его сегмент, как рынок акций, за последние годы окончательно оторвался от реальности и живет по своим законам, никак не коррелирующими с событиями в реальной экономике. Оставить без внимания данный «реверанс» я не мог. Поэтому попытаемся разобраться в некоторых моментах.

    Чем в современной экономике является фондовый рынок? В идеале (или скорее в теории) - это «некий механизм аккумулирования временно свободных финансовых ресурсов и их перераспределения между кредиторами и заемщиками. При этом фондовый рынок должен выполнять ряд ключевых задач, связанных:
    - с привлечением свободных средств в форме инвестиций, для развития производства;
    - с обеспечением перелива капитала из затухающих отраслей в быстро прогрессирующие отрасли;
    - с привлечением средств для покрытия дефицита федерального и местного бюджетов».

    Именно такого определения придерживается ряд экономистов и, в частности, Михаил Нефедов. К сожалению, представленные в ответной статье аргументы автора, больше похожие на общие теоретические рассуждения, не убедили меня в эффективности и «полезности» рынка акций в нынешнем его виде. Напротив, изложенные тезисы лишь косвенно подтвердили озвученные мной ранее предположения о том, что стоимость акций и других фондовых активов давно уже превратились в функцию от количества и уровня доступности денег в глобальной финансовой системе.

    И тот «легкомысленный» рост, что наблюдается последние два года на фондовых рынках, яркое подтверждение тому, как при наличии почти бесплатного и неограниченного фондирования в Центробанках крупные участники финансового рынка могут полностью игнорировать любые негативные процессы в реальной экономике (стагнацию производства, сокращение капиталовложений, рост безработицы, долговой кризис и др.). Неслучайно американский Федрезерв вот уже второй год всеми силами пытается «залить» финансовую систему деньгами, поскольку понимает, что без долларовых инъекций весь тот искусственный подъем цен, что наблюдался на рынках, сразу же сойдет «на нет». С осени 2008 года баланс ФРС вырос почти на $2 трлн., и огромный объем средств еще прошел по балансовым статьям. Банкиры и инвестиционные компании в случае повышения ставок и изъятия ликвидности будут массово распродавать акции и другие финансовые инструменты, чтобы рассчитаться с ЦБ и другими кредиторами. И вряд ли в ситуации «кассовых разрывов» и margin call-ов банковские «воротилы» будут сильно интересоваться финансовыми показателями компаний, чьи акции они продают.

    С чем в этой ситуации останется мелкий инвестор, думаю, понятно… А ведь рано или поздно ставки повышать придется, и вкачивать ликвидность бесконечно долго тоже не получится. Посмотрите, что происходит с мировой инфляцией, с ценами на продукты питания, и к чему это приводит (яркий пример - Ближний Восток). Более того, с каждым новым вливанием ликвидности в финансовую систему эффект становится все меньше и меньше. Если в 2009 году тот же американский рынок смог на «бесплатных деньгах» вырасти более чем на 60%, то в 2010 уже лишь на 15% - как видим, рост явно затухает. Так что мой тезис о бессмысленности долгосрочных инвестиций находит свое подтверждение.

    Если выражаться образно, то всё, что наблюдается сегодня в финансовом мире, напоминает ситуацию спасения больного, который находится в коме, а врачи пытаются вернуть его к жизни вкалыванием в сердце всё новых и новых порций адреналина. На какой-то момент сердце удается запустить, но после вновь наступает остановка, и врачи снова берутся за шприц…

    Возвращаясь к частному инвестору и его долгосрочным вложениям… Вряд ли инвестор сильно обрадуется тому, что на фоне очередного кризиса он остался на руках с бумагой, неким «титулом собственности», дающим абстрактное право на участие в управлении компанией и получении части прибыли. Какова на сегодняшний день средняя дивидендная доходность российских бумаг? Среди так называемых бумаг «первого эшелона» мы с трудом найдем акции, дающие 4-5% годовых. Говорить о каком-то реальном участии миноритарного акционера в управлении компанией в России и вовсе глупо. Стоит ли овчинка выделки? Ведь надеяться на курсовую прибыль в условиях, когда рост и падение акций регулируются не экономическими законами, а рукотворным волеизъявлением узкого круга лиц, по меньшей мере, наивно.

    В теории, рыночная цена акции должна отражать объективное состояние компании, качество производственных процессов, управленческих решений, ожидания её будущих прибылей и т.д. Т.е. инвестор принимает решение о покупке конкретной компании, руководствуясь своими прогнозами. Что мы имеем на самом деле, к примеру, в случае с российскими компаниями? Главное, на что ориентируются крупнейшие инвесторы на нашем рынке (а это преимущественно иностранцы или российские компании, действующие в интересах иностранных) – цены на нефть. Падают нефтяные котировки – широким фронтом падает весь российский рынок, вне зависимости о того, что «МТС» ожидает роста прибыли, «М-видео» увеличила продажи, а «Газпром» заключил крупный контракт. Спекулянты избавляются от всех бумаг, пока падают цены на нефть. Продолжим цепочку. Как формируются цены на нефть? Здесь, как можно догадаться, также не обходится без «невидимой руки», только не рынка, а определенных субъектов, заинтересованных в движении мировых цен на углеводороды в ту или иную сторону.

    Таким образом, фондовый рынок превратился в механизм одностороннего перераспределения финансовых ресурсов между ограниченным кругом финансовых институтов и остальными инвесторами. Несложно догадаться, по какую сторону стоит частный российский инвестор, ищущий объект для долгосрочного инвестирования.

    Директор по связям с общественностью ФГ "Калита-Финанс"  Алексей Вязовский.

Мои портфели
Индикаторы
Индексы
MICEXINDEXCF2 047,42–0,4606.03
RTSI1 110,46+0,2006.03
Акции
GAZP134,60–0,1506.03
GMKN9 324–0,1306.03
LKOH3 079–0,2106.03
ROSN332,0–1,3406.03
SBER162,00–1,4606.03
VTBR0,06600,0006.03
Курсы валют
EUR70,41–0,2716.11
USD63,89–0,3216.11
EUR/USD1,09–0,5331.12
GBP/USD1,47–0,4331.12
USD/JPY120,17–0,2831.12
EURUSD_TOM1,060,0006.03
EUR_TODTOM0,02–0,0406.03
USD_TODTOM0,02–0,0306.03
Мировые рынки
Dow17 473,32–0,7431.12
FTSE6 242,32–0,5131.12
Nikkei 22519 033,71+0,2730.12
S&P 5002 049,94–0,6531.12
Золото1 059,98–0,1231.12
Нефть Brent37,6+3,1331.12