На Меркель надели правовой корсет

В среду высший суд Германии обнародовал свое решение по трем конституционным жалобам немецких граждан против финансовой помощи Греции и поддержки европейского стабилизационного фонда. Вердикт был кратким: "Жалобы отклонены".

Суд обосновал свое решение двояко. Во-первых, признал правомерность первого транша помощи Греции и решения Европейского центрального банка повысить планку стабилизационного фонда до 780 миллиардов евро. Во-вторых, подтвердил, что 170 миллиардов евро приемлемы для госбюджета страны, не превышают диапазона посильной помощи и поэтому не противоречат Конституции ФРГ. Даже полная потеря этой суммы может быть восполнена за счет новых бюджетных вливаний, экономии средств и долгосрочных госзаймов.

Конституционный суд, однако, ограничил полномочия правительства, подчеркнув главенствующую роль парламента при обсуждении бюджетных вопросов. В соответствии с вердиктом судей, каждое решение кабинета должно неукоснительно рассматриваться Бюджетным комитетом бундестага. Лишь после его согласия правительство имеет право действовать.

Иски были поданы, кроме прочего, депутатом бундестага христианского демократа Петера Гаувайлера. Однопартиец канцлера Ангелы Меркель был первым, кто возмутился якобы неправомерностью решений кабинета, возглавляемого его соратницей, о помощи Греции и спасении еврозоны. Петер Гаувайлер вспомнил в своей конституционной жалобе оговорку в договоре Евросоюза, освобождающую стран-членов от помощи другим государствам.

Позднее к нему примкнули пятеро заслуженных профессоров, не согласных с политикой коалиционного правительства. По их мнению, более 120 миллиардов евро, которые Германия должна влить в стабилизационный фонд, равны бюджету страны за 2009 год. Платить эти суммы без явных гарантий было бы равносильно приговору самим себе.

Эти голоса были не единственными в общем хоре критиков финансовой политики германского кабинета министров. Недовольство слышалось со всех сторон, не только из рядов оппозиционных партий, от социал-демократов, "зеленых" и левых, но и в среде ее верных последователей - христианских демократов. Например, министр по делам семьи Урсула фон дер Ляйен вдруг потребовала от Греции материальных гарантий в виде золотых слитков. В свою очередь председатель парламентского комитета по внутренним делам Вольфганг Бозбах раскритиковал решение участвовать в спасении задолжавших стран. Ведь на долю Германии выпадает 27 процентов всей суммы, которую должники никогда не вернут, а это значит, что расплачиваться придется будущим поколениям немцев.

Сильное недовольство политикой Ангелы Меркель высказали также и бывшие канцлеры Гельмут Коль и Гельмут Шмидт, появляющиеся на публике только в самые решающие моменты. Дошло до того, что даже президент ФРГ Кристиан Вульф резко негативно отозвался о решении Европейского центрального банка повысить до 780 миллиардов планку европейского фонда по спасению стран-должников.

Почва под ногами канцлера окончательно зашаталась после провала на выборах на родине Меркель. А во время пробного голосования в бундестаге о средствах для европейского стабилизационного фонда Меркель недосчиталась 25 голосов из рядов правящих партий СвДП и ХДС/ХСС. Абсолютного большинства голосов "за" таким образом она пока что не получила.

Тем важнее стал для Меркель и для ее концепции по спасению еврозоны вердикт Конституционного суда. Как разъяснил "РГ" профессор политологии Боннского университета Герд Ланггут, высший суд не навредил канцлеру Меркель, ее власть не была ослаблена. И ранее было ясно, что Конституционный суд не будет принимать решения, которое бы подрывало рейтинг канцлера. Если бы судьи признали ее действия антиконституционными, это стало бы абсолютной катастрофой. Ясно было, что парламент будет вовлечен в процесс принятия финансовых решений. Это требование отчетливо звучало на последних заседаниях бундестага. Конечно, суд наложил на правительство правовой корсет. Тем не менее было подчеркнуто, что у канцлера должно остаться право давать согласие на финансовую поддержку еврозоны. Поэтому с обнародованным решением Меркель сможет продолжить реализовывать свою политическую стратегию.