У граждан накопилось к частным фондам

Крах семи крупных НПФ, входивших в группу Анатолия Мотылева, продолжающаяся расчистка банковского сектора и экономический кризис изменили поведение россиян, имеющих право на накопительную часть пенсии. По статистике Пенсионного фонда России (ПФР), в последние месяцы растет число и доля людей, которые заявляют о желании вернуть свои средства из НПФ под управление государства.

На 1 октября 2015 года застрахованные лица подали 126 тыс. заявлений о переводе средств из НПФ в ПФР. Причем за первое полугодие было подано 70 тыс. заявлений, а в последние три месяца (с июля по сентябрь включительно) — 56 тыс., сообщили "Ъ" в ПФР. И хотя желающих перевести средства от государства к частным НПФ все равно больше — на 1 октября об этом с начала года заявили около 1,3 млн человек, доля тех, кто движется в обратном направлении — от частных страховщиков пенсионных накоплений к государственному в лице ПФР (этими средствами управляет ВЭБ), растет. Если по итогам предыдущей переходной кампании 2013-2014 годов доля заявлений о возвращении накоплений в госструктуру едва превышала 5%, то к октябрю показатель вплотную подобрался к 10% (без учета переходящих из НПФ в НПФ). Такая картина складывается, несмотря на целый ряд благоприятных для НПФ обстоятельств: заработала система гарантирования пенсионных накоплений, а также 2015-й на данный момент считается последним годом, когда застрахованные граждане могут заявить о желании сохранить накопительную часть.

Впрочем, в ПФР ничего странного в усилении перетока накопительных частей пенсий под управление государства не видят. "Свою роль, безусловно, сыграла и показательная история с фондами Анатолия Мотылева (семь его НПФ лишились лицензий вслед за банками господина Мотылева в августе.— "Ъ"). Она, безусловно, понизила и без того невысокое доверие к частным фондам",— отмечает представитель ПФР Марита Нагога. Но не только, уточняет она: "Мы полагаем, что в предыдущие два года произошло исчерпание потенциала: все, кто хотел перевести свои средства в НПФ, уже перевели. У какого-то числа людей сказывается безразличие к пенсионной тематике. Они помнят, что в предыдущий кризис — 2008 года — НПФ несли большие убытки, поэтому полагают, что кризисные времена лучше быть в госфонде".

В целом пока общий тренд по-прежнему направлен в сторону НПФ: переходы в них из ПФР исчисляются миллионами заявлений, а количество возвращающихся в госфонд ограничивается сотней тысяч, указывает гендиректор консалтинговой компании "Пенсионный партнер" Сергей Околеснов. Однако представитель Пенсионного фонда напоминает, что 1,3 млн клиентов фондов Анатолия Мотылева также автоматически (именно поэтому не учтены в официальной статистике, могут еще выбрать другие НПФ для управления своими средствами) вернулись в ПФР. Учитывая, что они фактически потеряли весь инвестиционный доход, который составил 10 млрд руб. (номинал им выплачивает ЦБ), перспективы возврата средств в НПФ сомнительны, признают участники рынка.

Кроме истории с НПФ Анатолия Мотылева есть и другие отягчающие факторы, указывают участники рынка. Во-первых, люди не очень вникают в нюансы финансовой системы, поэтому экстраполируют события с отзывами лицензий на банковском рынке (а его расчистка продолжается довольно активно) на всю отрасль и паникуют, указывает господин Околеснов.

"Еще один момент — так как большинство корпоративных НПФ было продано новым игрокам, часть клиентов, переходивших в фонды из соображений корпоративной лояльности, может не видеть дальнейшего смысла находиться в НПФ",— рассуждает он.

"На поведение людей повлияли неопределенность и меняющиеся правила. Возможное замораживание накоплений, предложения отказаться от них совсем",— говорит советник президента Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов Валерий Виноградов. Людей, желающих вернуться в ПФР, может быть гораздо больше, чем по официальной статистике, считает заместитель директора Института развития социального страхования Дмитрий Алексеев. "Просто люди ограничены в способах подачи документов. Сделать это можно только в ПФР или через нотариуса, в отличие от НПФ, которые используют разнообразные способы привлечения вплоть до агента на дом",— отмечает господин Алексеев.

Однако НПФ сохраняют оптимизм. Председатель совета НПФ "Европейский" Евгений Якушев соглашается, что страх потери инвестдохода может отражаться на поведении застрахованных. "Конечно, на годовом отрезке лишиться четверти накоплений — серьезная потеря",— отмечает он. Но пенсионные накопления являются долгосрочными вложениями, поэтому при успешном инвестировании уже в течение двух-трех лет можно компенсировать потери и выйти в плюс, утверждает господин Якушев. Валерий Виноградов добавляет, что говорить о потере людьми инвестиционного дохода преждевременно, поскольку у фондов были активы, в том числе недвижимость, вырученные средства от продажи которых могут пойти на компенсации.

О действительно сложившемся тренде можно будет лишь по итогам года, считают участники рынка, призывая учесть еще и сезонный фактор. По словам Сергея Околеснова, большая часть заявлений приходится на последние четыре месяца переходной кампании. По данным ПФР, на 31 декабря 2014 года пенсионные накопления формировались у 80,2 млн человек, средства 57,3 млн из них находятся под управлением ВЭБа (госуправляющий), 22,9 млн — у частных управляющих и НПФ.