Забыли пароль?

Зарегистрироваться на сайте

Отменить

IT Broker 2.0

Алина Любимская, Константин Илющенко, Журнал D` (Д-штрих) №13 (97), 12 июля 2010 года

Откуда и как на российском рынке появился брокер ITinvest, почему его полюбили трейдеры-маргиналы и какие торговые стратегии сегодня уже невыгодны

В конце 1990-х основатели брокерской компании ITinvest начинали с операций на ГКО и спекуляций «мусорными» еврооблигациями российских банков, сегодня это брокер с клиентской базой 10 тыс. человек. В 2009 году группа «ITinvest-Проспект» вышла в лидеры по оборотам на FORTS и входит во вторую десятку крупнейших российских компаний по оборотам на ММВБ и РТС. С начала 2010-го оборот клиентских сделок превысил 1 трлн руб.

ITinvest имеет собственную систему интернет-трейдинга SmartTrade / it-trade и не предлагает клиентам QUIK. Кроме того, с компанией ассоциируют имена довольно «скандальных» личностей. В их числе Алексей Мартьянов (Майтрейд), серебряный призер конкурса «Лучший частный инвестор 2008» (ЛЧИ). Также клиентом компании являются Eva (Светлана Ковиненок), победившая в конкурсе ЛЧИ-2008, а ее личные достижения многими ставятся под сомнение, Noxer (победитель ЛЧИ-2006). Сейчас в брокерской группе «ITinvest-Проспект» работает известный на рынке Александр Герчик. С компанией несколько лет назад связывали Ивана Закаряна — трейдера с именем и автора нескольких книг о фондовом рынке.

Чем и как живет ITinvest и почему ее окружают талантливые «маргиналы», рассказали D' председатель правления компании Владимир Твардовский вместе с начальником торгового отдела Сергеем Паршиковым и зампредправления компании Олегом Филатовым.

 

Люди вокруг

— Вашу компанию всегда окружали необычные люди. К примеру, кем приходился ей Иван Закарян?

— Однажды году в 2003-м пришел ко мне один человек и положил на стол книгу, которая называлась «Особенности национальных спекуляций, или Как играть на российских биржах». Он спросил, не хотим ли мы дать рекламу в эту книгу. Я ее взял, пролистал и понял, что подобной на российском рынке нет. И мы дали в ней рекламу. С тех пор у нас завязалась дружба, а Иван стал нашим клиентом. Мы с удовольствием общаемся и на темы рынков, и на другие. Раньше он торговал на западных рынках, потом пришел в Россию, но не остался, так как не понравилось. Вернулся на Запад: для него тот рынок оказался понятнее. Очень трудно торговать одновременно и тут и там. Никакой

Зампредправления ITinvest Олег Филатов

аффилированности у него с нашей компанией никогда не было и нет.

 — Сейчас у вас есть другие знаменитые клиенты. Например, Майтрейд. Почему вокруг вас образуется живая и веселая тусовка?

— Потому что мы открыты, мы помогаем клиентам всем, чем можем. Разумеется, только тем, кто хочет, чтобы им помогли. Например, с Алексеем Мартьяновым (Майтрейдом) мы познакомились уже после того, как он занял второе место на конкурсе ЛЧИ-2008. Тогда он показал феерическую торговлю… Он довольно раскрепощенный и необычный человек, скажем так (см. рубрику «Последний штрих», стр. 64. — Прим. D'). Не стесняется никаких эпитетов… Его открытость, умение посмеяться над собой или наказать самого себя привлекают к нему людей. Мы ему немного помогли, так как он показался нам хорошим человеком и потенциальным агентом продвижения компании ITinvest. Но это уже после того, как он достиг своего места на конкурсе. То, что с ним произошло впоследствии, требует отдельного рассмотрения. Этот человек, как и Иван Закарян, не аффилирован с нами никоим образом.

 — А что потом с ним произошло?

— Некоторые считают, что Алексей заболел звездной болезнью и уже не контролирует риски. Но я не слежу за этим.

 Система и компанда

— А внутри компании как проявился человеческий фактор?

— Когда мы осознали десять лет назад, что надо идти в сторону розничного брокерского бизнеса, то уяснили для себя две вещи. Во-первых, процесс работы с розницей не может совершаться скачком, он требует серьезного и тщательного подхода. Во-вторых, для такой кропотливой работы нам нужны энтузиасты с фундаментальным, а не с «экономическим» образованием. Таких людей мы нашли в нашей среде — людей из физтеха (МФТИ). Это специалисты с техническим складом ума и широким кругозором, способные к самообучению и генерации новых идей и продуктов. Одним из первых стал Михаил Тяжлов, с которым мы работали еще в Академии наук СССР. Он с 1995 года работал на рынке, торговал акциями «Газпрома». Через некоторое время был назначен генеральным директором ITinvest. И те люди, которые тогда появились в компании, образовали костяк. Они оказали влияние на формирование всего коллектива в дальнейшем. В их числе и Сергей Паршиков, начальник торгового отдела и мой соавтор по книге, — тоже физтех.

Что у нас хорошо, так это то, что людей по рукам никогда не били. Каждый мог развиваться туда, куда ему казалось правильным развиваться. Например, Олег Филатов начинал у нас работать охранником — сейчас это первый заместитель председателя правления, человек, на котором держится половина текущей работы в компании.

 — И какова была цель?

— Мы стремились создать конкурентоспособный терминал на уровне западных аналогов — не такой, как, например, QUIK или «Альфа-директ». Первый торговый терминал у нас появился в 2001 году. Мы понимали, что сам по себе удачный терминал может решить многие проблемы привлечения и лояльности клиентов. В качестве образца мы держали в голове успех западного нишевого брокера CyberTrader, имевшего собственную торговую систему, которая тогда была очень востребована среди активных спекулянтов в противовес системам прямого доступа, работавшим в крупных дискаунт-брокерах типа Ameritrade, Charles Schwab или E-Trade. Кстати, успех CyberTrader оценили не только мы, но и его конкуренты: он был куплен Charles Schwab.

Начальник торгового отдела Сергей Паршиков

— Однако разрабатывать свою систему — дело затратное даже в то время…

— Разработка становится дорогой только тогда, когда человек не представляет функционала, когда у него нет техзадания, нет компетентных людей. Тогда он нанимает кого-то и говорит: «Разберитесь в том, что нам надо, опишите функционал, я вам заплачу». Потом говорит тем же или другим людям: «Возьмите деньги, напишите техзадание». А это уже проект, после которого нужно нанимать кодеров-исполнителей, опять же за отдельные деньги. Затем начинаются внедрение, напряги со сроками, с человеческими ресурсами и т. д. Таким способом делать систему — дорого.

А когда ты это делаешь сам, понимая суть, используя своих же специалистов, — все иначе. Мы всегда считали, что знаем специфику дела, которым занимаемся, гораздо лучше каких-либо консультантов, будь то «Маккинзи», почивший в бозе «Артур Андерсен», PricewaterhouseCoopers или какие-нибудь системные интеграторы с опытом производства околобиржевого софта. И эта наша уверенность в своих силах спасла нас от многих ненужных затрат.

 — То есть у тебя сидят три программиста, и ты им пальцем показываешь, что нужно делать?

— Да, примерно так. Только желательно, чтобы программисты были еще и специалистами по фондовому рынку хоть с какой-то стороны. Начали мы в 2000 году с создания симулятора торгов — по сути, макета будущей торговой системы, который назвали «Сталкер». На нем мы планировали, как на тестовом полигоне, обкатать наши идеи и решения. «Сталкер» мы сделали довольно быстро — с нуля примерно за два-три месяца. И до сих пор эта игрушка без существенных переделок позволяет вести виртуальные портфели как на российском, так и на западном рынках. Через нее прошло более 20 тыс. человек.

 — Что взяли в качестве эталона?

— Мы были сами клиентами западных брокеров. И уже тогда видели, как у них все устроено: как организован документооборот, как считают лимиты и уровень маржи, как учитывают портфели, какое программное обеспечение используется для торговли, а какое — для получения информации. Этот собственный опыт нам сильно помог, и на многие вещи мы посмотрели не так, как другие брокеры, просто купившие QUIK. Наверное, если бы мы в качестве первого торгового терминала увидели QUIK, а не западные образцы, то, возможно, наше развитие отличалось бы от того, что мы имеем сейчас.

 — Вы первыми сделали экспорт данных из своего терминала в Wealth-Lab, приложение для смартфона… Создается впечатление, что у вас внушительный IT-отдел.

— Тогда этого на рынке не было, поэтому и приходилось заниматься. Но такие продукты нишевые, они не рассчитаны на массовый рынок. Наша задача сейчас — закрыть массовые потребности наших клиентов. К примеру, в 2004-м или 2005 году мы сделали свой PocketTrade под OS Symbian. Тогда это было инновацией, сейчас — нет. Последний релиз для мобильного телефона у нас был выпущен два года тому назад, с тех пор ничего нишевого мы не выпускали: времени просто не хватает — все уходит на то, что пользуется большим спросом, то есть на «массовые» продукты, хотя, конечно, назвать их «массовыми» пока не совсем можно.

 — Но свою нишу нашли?

— Да, это высокотехнологичный брокеридж для продвинутых в техническом плане людей. Которые хорошо разбираются в рынке и пришли на него всерьез и надолго. В этом смысле мы нишевой брокер, который не дает рекламу, не создает филиалов, не раздувает штат…

Семинар - двигатель торговли

— Как к вам пошли клиенты? По рекламе?

— Мы пытались давать рекламу, но дело это абсолютно бесполезное: она не работала. Она не работала ни на радио, ни в деловых изданиях, ни даже в интернете. Клиенты пошли, когда мы запустили платные курсы обучения. Поначалу они были бесплатными, но клиентов больше не становилось. Успех пришел тогда, когда мы поняли, что курсы должны быть платными и дорогими. В 2002–2003 годах мы были одними из первых, кто это сделал. По нынешним деньгам тогда курсы стоили, наверное, около 30–40 тыс. руб. Как только мы их запустили, к нам пошел народ. С того времени у нас осталось несколько десятков человек, которые до сих пор успешно торгуют. Курсы были качественным продуктом. Тогда мы старались вложить в людей те знания, которые помогли нам самим. Все делалось с душой, чтобы помочь понять себя и рынок и предостеречь от того, чтобы проиграть деньги.

Старые курсы отличаются от нынешних безликих, похожих друг на друга, с одинаковым посылом «научим вас зарабатывать на колебаниях курсов акций», так, как старое советское образование отличается от нынешнего — кастрированного и заанкетированного.

 — Сейчас эти курсы работают?

— Нет, со временем остальные брокеры организовали платное и бесплатное обучение, организовали учебные центры и как пылесосом начали собирать неподготовленных слушателей. А они не понимают разницы между лектором, который два месяца поторговал на демосчете, и преподавателем, который прошел все кризисы за последние 15 лет. С конвейером соревноваться бесполезно. Поэтому мы отошли в сторону, точнее, в интернет и в офлайн. Сейчас Иван Закарян готовит к выпуску третье издание наших старых лекций «Теория и практика торговли на фондовом рынке».

Что у нас еще есть? Авторские курсы по торговле и риск-менеджменту Дмитрия Сухова — создателя ресурса Plan.ru, авторские курсы известного трейдера Сергея Гаврилова по арбитражу и парному трейдингу, наш курс с Сергеем Паршиковым по рынку опционов (правда, мы их проводим всего пару раз в год). Есть также курсы Александра Герчика, на которые собирается масса людей. Он очень творческая и харизматическая личность и привлекает к себе себе подобных — с горящими глазами и энтузиазмом. Очень ценное качество.

 — Вы написали книгу с Сергеем Паршиковым «Секреты биржевой торговли», почему так много переизданий?

— Книга оказалась очень удачной, ее издадут в седьмой раз. Но в 2003 году, когда мы ее писали, я относился к ней исключительно как к маркетинговому и рекламному проекту компании. Но оказалось, что она нравится и клиентам ITinvest, и остальным людям, торгующим на бирже.

Арбитраж чистильщиков обуви

— Распространение роботов, программ для мобильных устройств было очевидно еще лет пять назад. Было понятно, куда двигается технология торговли. А что сегодня?

— Сейчас, мне кажется, вектор направлен в сторону высокочастотной торговли. Если посмотреть на западные биржи, то там речь идет о времени доступа к торгам порядка десятка микросекунд, максимум 10 миллисекунд. Это то время, за которое заявка выводится на рынок. У нас же round trip намного больше. Нормой считается 100 миллисекунд, а в некоторых торговых системах задержки в нормальном режиме могут составлять и целую секунду. Это очень много. Нормой у нас в ближайшие годы должны стать цифры порядка 10–50 миллисекунд. То есть нам есть куда идти, и есть люди, которым это нужно. Плюс ко всему увеличивают мощность программные средства, компьютеры, растет пропускная способность каналов связи. Люди же, которые хотят зарабатывать сейчас, имеют ограничения в скорости. Думаю, в ближайшие года два борьба между профессиональными участниками будет идти именно за скорость доступа к торгам. Не останутся в стороне от этой борьбы и биржи.

 — Создается впечатление, что вся страна занялась арбитражем и высокочастотным трейдингом. Никто не хочет держать позицию хотя бы несколько часов.

— Нет, это не так. Ощущение создается только из-за того, что тема модная. Одновременно это означает, что профессионалы, которые делали арбитраж два-три года назад, уже от него отошли. Они на нем зарабатывали раньше и молчали об этом. Мало кто из профессионалов согласится сказать, на чем он делает деньги сейчас. Они вам расскажут об этом только года через два, когда найдут для себя новую нишу.

Сейчас ситуация с арбитражем мне напоминает известную историю о чистильщике обуви в 1929 году в Америке. Про арбитраж говорят те, кто ничего о нем толком не знает, но пытается зарабатывать на этом деньги.

Что касается того, что никто не хочет держать позицию хотя бы несколько часов, то это тоже не так. На рынке есть и высокочастотники, и скальперы, и интрадейщики, и свинг-трейдеры, и краткосрочные инвесторы, и даже самые настоящие инвесторы. Именно благодаря всему этому спектру торговцев наш рынок устойчив и даже в какой-то мере эффективен. Если бы горизонт инвестирования у всех этих групп сузился до минут (как это бывает в кризисные моменты), рынок стал бы совершенно не таким, к которому мы привыкли, а высоко когерентным.

 — А проприетарный трейдинг не хотите организовать?

— Это хороший бизнес, если выстроить систему риск-менеджмента. Можно набирать людей «с улицы», учить их, давать им деньги для торговли, ставить этот процесс на поток. Но это есть только на Западе. Как это оформить юридически у нас, я не представляю. Для этого нужна реформа участников рынка. Нужна новая категория игроков — частных лиц, обладающих лицензией дилера, которым было бы позволено после сдачи экзаменов и получения лицензии частного дилера брать «плечи» больше, чем разрешается действующим законодательством.

 — Вас не настораживает, что в последнее время о фондовом рынке знают слишком много людей в стране? Жили себе спокойно раньше…

— Нет, это вам так кажется, потому что у вас специализированное издание и вы много общаетесь с такими людьми. У меня же многие знакомые и старые друзья далеки от этого. Как все было пять-десять лет назад, так и осталось. Проникновение фондового рынка в нашу жизнь еще очень низкое. Пока 10% населения страны не будут на рынке, говорить о широком проникновении не приходится. В западных странах оно составляет в среднем 50%, у нас — около 1%.

Популярность, конечно, растет, но мне не нравится, что есть перекос в сторону срочного рынка FORTS. На Западе, например, для того чтобы выйти на срочный рынок и торговать фьючерсами на зерно или на E-mini S&P 500, нужно иметь большой опыт и большие деньги. У нас же порог входа на срочный рынок снижен до нескольких тысяч рублей. Поэтому большой поток мелких игроков, которые, ничего, по сути, не понимая, благополучно расстаются с деньгами в пользу ограниченного числа крупных компетентных игроков.

Следует понимать, что не всякий человек может играть на рынке, так же как не каждому дано играть в покер или бридж. Это удел узкого круга игроков. Но каждому из нас должна быть дана возможность поиграть. Допустим, я непрофессиональный игрок в бридж и не участвую в турнирах, но почему бы мне не попробовать? «Попробуй!» — должен быть ответ. Только негоже усаживать за один стол профессионалов и любителей, если только любители сами того не жаждут. Поэтому я считаю, что доступ на срочный и фондовый рынки не должен быть одинаков. Для экономики в целом и для людей с небольшими деньгами в частности будет лучше, если деньги останутся в акциях на фондовом рынке, а не будут списаны в виде отрицательной вариационки с их счетов на срочном рынке.

Я имею право это говорить, я вижу, что наши клиенты делают на срочном рынке.

Почти РЕПО в ГКО

 

Летом 1997 года в лобио кафе отеля «Ренессанс», что на Олимпийском проспекте, трое ребят — Михаил Иванов, Михаил Евграфов и я (Владимир Твардовский) — обедали, обсуждали разные вещи. Говорили о том, что происходит в стране, на рынке, как можно заработать деньги… Мы пришли к выводу, что нужно создавать инвестиционную компанию. Каждый из нас тогда где-то работал: я — в банке, у кого-то был импортный бизнес, у кого-то — строительство. В результате созрела конкретная бизнес-идея. Тогда очень живым был рынок ГКО (государственных краткосрочных обязательств). Под их залог можно было получать средства в банках. В 1997 году Центробанк последовательно понижал ставки и держал курс рубля в валютном коридоре. Схема, которая была тогда придумана, успешно работала и дала основу нашей компании.

 — А в чем была суть схемы?

— Вы ввозите в страну бытовую технику или другие товары. То есть покупаете у западных производителей и продаете здесь. Мы вам говорим: зачем вы пользуетесь примитивной схемой «деньги — товар — деньги»? Давайте сделаем так, чтобы сверх этой схемы заработать еще. Несите деньги сюда, мы специально для этого образовали компанию, которую назвали IQ invest. Мы купим вам ГКО, а вы будете получать доход. Под ваши ГКО мы выпустим вашему поставщику банковский аккредитив. Под этот аккредитив ваш поставщик поставит вам товар. Вы товар продадите, а вырученные деньги опять вложите в ГКО, на эти ГКО мы опять выпустим аккредитив, и под него вам опять поставят товар. Вы этот товар снова продадите и расплатитесь по первому аккредитиву. В результате получалось двойное-тройное кредитное «плечо» с дополнительной доходностью порядка 50% годовых.

Схема работала до 1998 года, когда все грохнулось. После кризиса мы работали с еврооблигациями падших российских банков, например с бумагами ОНЭКСИМ банка, Инкомбанка, «Российского кредита», «СБС-агро». Это оказалось достаточно доходным занятием. Тогда же мы впервые смогли вывезти коллектив компании на новогодний отдых в Египет.

 — А как «Русские фонды» стали акционерами ITinvest?

— В 2005–2006 годах мы набрали уже много клиентов и обнаружили, что тех денег, которые мы имеем для обеспечения их операций, уже не хватает. Ведь брокерский бизнес — это не только система прямого доступа к торгам, это еще «плечи» и «шорты». Необходимо было фондирование этих операций, и мы его нашли.

 — То есть сейчас та самая «тройка» родоначальников стала миноритарными акционерами. Ваши права не нарушают?

— Нет, ни о каком ущемлении прав речи и быть не может. Мы очень благодарны судьбе за то, что она нас в свое время свела с «Русскими фондами» и брокерской компанией «Проспект». Опять же акционеры «Русских фондов» нам очень близки по духу и менталитету, поскольку все мы выходцы из близких вузов МФТИ и МИФИ.

В гостях у Герчика

 

Придя в гости в ITinvest, журналистам D' довелось побывать в trading room и пообщаться с Александром Герчиком, директором департамента глобальных рынков ИК «Проспект», которая также входит в группу «Русские фонды». Личностью незаурядной, увлеченной и крайне многогранной.

Встретил он нас гостеприимно: «Сейчас я вам покажу кабинет, в котором никогда не сижу. Всегда хожу к трейдерам, общаюсь с ними, торгую». Кабинетом оказался стол в углу trading room. «Вот, посмотрите, это самый идеальный вариант портфеля. Он минимизирует валютные риски, в него входят и доллары, и рубли», — плавно провел Александр карандашом по графику. Внизу экрана задорно выскочило окно аськи: «Я тоже скучаю!». Герчик невозмутимо продолжил: «Мы каждому клиенту честно говорим, какое возможно падение стоимости портфеля. Либо клиент сам заказывает: хочу просадку не более 7%».

Как оказалось, Александр придерживается стратегии диверсификации, играет сразу многими инструментами. Торгует сахаром, кукурузой, долларовой парой, золотом, кофе, серебром, нефтью, медью, натуральным газом, никелем, цинком, treasures.

Команда Александра играет почти на всех западных биржах, а освоить Азию для них не вопрос: «Перед тем как выходить на рынок, мы долго думаем. Для нас не имеет значение ни инструмент, ни биржа. Главное, чтобы были ликвидность и движуха. Если в Китае это будет, то выйдем. Сейчас доступ к Китаю возможен только через Гонконг. Ну а пока есть миллион других хороших площадок».

Что касается кадровой политики, то здесь Герчик подобен кремнию. Шесть трейдеров, которые у него в подчинении, приступают к работе с жаворонками, а уходят затемно. Питье и курение Александр категорически не приемлет. «Я беру только тех, кого лично обучал. Людей с амбициями! Они не уйдут домой в пять часов вечера! Мне вообще такие люди неинтересны. А сабантуи у нас запрещены!» — отрезал он.

У каждого трейдера в «Проспекте» есть своя «вотчина», свой инструмент, свой таймфрейм. Если, например, один из них не понимает рынок, на котором работает, то часть его денег автоматически перейдет к другому. «На сегодняшний день нет людей на рынке, которые знают все. Но я, например, торгую всем. Коля, к примеру, торгует только Euronext и такими специфическими фьючерсами, которые быстро двигаются…» — скромно подметил Герчик.

Надо признать, что стратегия от Александра Герчика дает свои всходы. Как он говорит, с 1996 года не было ни одного убыточного месяца. Случалось, что доходность была 200–300%. В среднем же он старается выйти на более консервативный показатель 30–35%.

Под конец Александр дал нам блиц-прогноз по нефти и серебру: «Нефть будет стоить $50, так как Китай снизит потребление, а он к 2015 году переведет 70% автомобилей на электричество. Серебро же зависит от роста золота. Однако серебро, в отличие от золота, — стратегический материал».

 фотографии: Кирилл Бушуев


Мои портфели
Индикаторы
Индексы
MICEXINDEXCF2 419,43–2,0819.11
RTSI1 110,46+0,2006.03
Акции
GAZP112,14–3,0019.11
GMKN112,82–1,9819.11
LKOH5 893–0,9419.11
ROSN344,3–2,5919.11
SBER293,9–1,3619.11
VTBR59,185–2,7019.11
Курсы валют
EUR90,34+0,4821.11
USD82,19+0,2621.11
EUR/USD1,09–0,5331.12
GBP/USD1,47–0,4331.12
USD/JPY120,17–0,2831.12
EURUSD_TOM1,060,0006.03
EUR_TODTOM0,02–0,0406.03
USD_TODTOM0,02–0,0306.03
Мировые рынки
Dow17 473,32–0,7431.12
FTSE6 242,32–0,5131.12
Nikkei 22519 033,71+0,2730.12
S&P 5002 049,94–0,6531.12
Золото1 059,98–0,1231.12
Нефть Brent37,6+3,1331.12