Опасная спешка

Одно из таких верований состоит в том, что приватизация везде, всегда и при любых обстоятельствах неизменно приносит пользу, а государство также всегда и непременно является плохим хозяином. Этот тезис принимается без обсуждения, без доказательств, без опоры на какие-либо исследования (хотя исследования проводились, например, в Англии в 1980-х годах и продемонстрировали совершенно иную, куда более сложную картину).

Каков бы ни был практический опыт в самой России, нам снова и снова повторяют заклинание о необходимости как можно скорее все отдать в частные руки. Разумеется, государству совершенно не обязательно держаться за любой принадлежащий ему объект. В определенных ситуациях приватизация может быть необходима и оправдана. Но очевидным для большинства россиян фактом является то, что поспешная приватизация в 1990-е годы сопровождалась чудовищными потерями, последствия которых сказываются на нашей жизни по сей день.

Наверное, не будет даже преувеличением сказать о социально-психологическом комплексе "приватизации 1990-х". И "наступить на те же грабли" повторно будет особенно недопустимым еще и потому, что за последние лет десять российскому руководству в принципе удалось все же справиться с "тяжким наследием", как в социальном, так и в экономическом смысле.

Сейчас, когда либеральные экономисты снова агитируют за скорейшую распродажу государственных долей в стратегических отраслях экономики, следует прежде всего вспомнить простую истину, что в условиях кризиса такая программа обречена оказаться крайне невыгодной для продавца, иными словами - для России.

В настоящий момент нет никаких фундаментальных причин для спешки с приватизацией компаний в стратегическом секторе экономики. Очевидно же, что в условиях, когда мировая экономика в кризисе, приватизация может пройти только по очень низкой цене. Тем более что старт изначально не лучший: наши компании и без того значительно недооценены по сравнению с иностранными аналогами.

И прогнозы рынка при нынешней нестабильности практически не дают надежд на чудо: в обозримом будущем рыночная стоимость расти не будет. А вот падать - очень и очень вероятно. Приватизацию можно проводить только по справедливой цене, по мультипликаторам, сравнимым с зарубежными аналогами. А поскольку продавать предприятия надо будет за дд, то в случае падения курса национальной валюты мы просто лишимся части полученных средств. В такой ситуации продавец будет субсидировать покупателя.

Кстати, о покупателях. По-настоящему заинтересованы в подобных сделках иностранные компании. Но совпадают ли их интересы с нашими? Вполне естественно, что глобальные конкуренты (а именно так можно условно обозначить Китай, западные экономики, транснациональные корпорации) не проглядят ошибок в российской экономической тактике, и, разумеется, не замедлят воспользоваться этими ошибками и их последствиями. И в итоге наша поспешная приватизация окажется выгодной именно им.

К тому же, если, скажем, гипотетически принять, что надо-таки продавать именно сейчас, то стоит трезво оценить, насколько товар привлекателен и готов к продаже. Увы, о стабильной и позитивной инвестиционной истории нашим компаниям пока можно лишь мечтать. Как, соответственно, и о долгосрочных прогнозах собственной стоимости (без чего, кстати, успешная продажа в принципе невозможна). При этом вовсе не все так мрачно; процесс-то идет вполне верный: прошлому правительству удалось установить логичные рыночные закономерности и правила.

Очевидно, нынешнему кабинету нужно обеспечить нормальное функционирование рынка в этих условиях. А компаниям, соответственно, нужно в этих благоприятных условиях какое-то время пожить. Однако именно эти условия игнорируются либеральными экономическими экспертами и пропагандистами, которые требуют все отдать в частные руки немедленно, без всяких проволочек.

Даже если согласиться с тезисом о неизбежности перехода активов в частные руки, подобная торопливость может объясняться единственным образом: стремлением потрафить покупателю за счет продавца. Нам снова предлагают вернуться к ситуации "лихих девяностых", когда ради ускорения темпов приватизации готовы были пожертвовать не только интересами государства, работников и потребителей, но и самим существованием предприятий.

Не менее важно и то, что речь идет, в частности, о нефтегазовой и энергетической отраслях. Отказ правительства от собственности не является целесообразным в нынешних условиях и чреват миллиардными потерями для государственного бюджета.

Нет причин думать, что частные компании, которые окончательно возьмут в свои руки электроэнергетику, смогут улучшить условия для потребителей. Скорее наоборот. Ведь несколько параллельных кабелей класть никто не будет, монополизм в этой отрасли является естественным. А вот повысить цену собственник всегда может.

Правительство подчеркивает, что одной из важнейших задач приватизации должен стать приход в отрасль ответственного, долгосрочного инвестора. Способствует ли ускорение процесса решению этой задачи? Конечно, нет. Тут вполне могла быть применима известная русская пословица: "Поспешишь - людей насмешишь". Только по итогам сделок, пришлось бы уже не смеяться, а плакать.

Нет ни малейшей гарантии, что в спешке активы не будут проданы недобросовестным собственникам, которые начнут выводить средства из активов, а затем просить государственной поддержки. А между тем государству очень трудно отказать в поддержке энергетикам, от которых зависит работа систем жизнеобеспечения, стратегических промышленных отраслей, а зачастую и обороноспособность страны. Обеспечивая прямо и косвенно множество рабочих мест, такие компании всегда могут привести множество весомых аргументов, доказывая правительству, что после приватизации в них надо снова вкладывать казенные деньги (как уже случилось, например, с корпорацией "Комплексные энергетические системы").

Напрашивающийся вывод прост и, увы, может оказаться неутешительным. Если правительство серьезно не задумается о том, нужна ли сейчас приватизация энергетических и нефтегазовых активов, если не оценит все возможные риски и последствия, то нам грозит в очередной раз наступить на старые и хорошо знакомые грабли.