О руководящей роли коммунистической партии на фондовом рынке

Китайский фондовый рынок выкинул тут днями коленце, от которого закружилась голова у торгующей публики. Об общественности, далекой от биржевых страстей и их понимания, даже говорить не приходится: «Шеф, всё пропало!» — универсальный лейтмотив широких народных масс.

И в самом деле, китайский пируэт впечатляет: слить 40% рыночной капитализации меньше, чем за месяц — это нужно обладать не только особым талантом, но и вкусом.

Обвал «шанхайского композита» был столь картинным, что самые прозорливые извлекли из чулана график Доу Джонса за 1929 год и наложили для сравнения.

Что-то, конечно, общее есть, но американские кухарки и таксисты, согласитесь, сливали явно круче. Общее только одно — мгновенный отскок вверх, который, однако, является универсальным знаком всех «чёрных» биржевых вторников, понедельников, четвергов и пятниц в истории.

В китайской истории, тем не менее, присутствуют два важных обстоятельства, на которых мне и хотелось бы сейчас обратить внимание вдумчивой публики.

Обстоятельство первое: поразительное безразличие мировых биржевых площадок на ошеломительную коррекцию китайского рынка. Китай заслуженно полагается кузницей мировой экономики, от сырьевых запросов которой и объёмов выдаваемой на-гора продукции зависит напрямую благополучие и Соединенных Штатов, и Европы, и России. Между тем, китайский обвал в июне был не просто дисконтирован мировыми площадками, но совсем игнорирован! Поведение всех остальных бирж предопределялось локальными проблемами и достижениями, либо отражало нескончаемую и всем давно надоевшую эпопею с греческим изгнанием из евросоюзного Эдема.

Последний момент вообще любопытен: ВВП Греции составляет 2% от валового продукта Евросоюза, а весь греческий долг, накопленный за 8 лет жизни на широкую ногу (с 2000 по 2008), хоть и смотрится неподъёмным камнем для самой Эллады, однако же в абсолютном выражении не тянет даже на курьёз: 300 миллиардов евро, даже если считать со всеми непрямыми издержками. Понимаю, Lehman Brothers, испаривший 15 сентября 2008 года за одну ночь 613 миллиардов долларов, а тут — делов-то.

Китай, потерявший за пару недель 3,5 триллиона (!!!) долларов рыночной капитализации, никого не пугает, а Греция, уехавшая за 15 лет в дефицит на 300 миллиардов евро, держит за горло все мировые рынки уже полгода. Как такое возможно?

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нужно указать и на второе интересное обстоятельство: относительность июньского биржевого обвала. 40% за месяц — это, конечно, впечатляет, давайте, однако, взглянем хотя бы на годовой график «шанхайского композита».

Мамочки родные, неужто правда?! Да-да, глаза нас не обманывают. Ровно год назад, в июне 2014, китайский индекс стоил 2000 пунктов, а в середине июня 2015 уже 5170! То есть годовой рост составил более 150%! Даже после головокружительной месячной коррекции китайская биржа демонстрирует (на момент написания этой статьи 14 июля 2015) 100% рост!

Удвоение за год, о каком обвале рынка можно говорить здесь в принципе?!

Но даже не это обстоятельство является главным в объяснении спокойной реакции мировых площадок на китайскую коррекцию. Основные причины — в другом.

Во-первых, китайский биржевой рынок (в отличие от российского или американского) в массе своей мотивируется действием «уличного инвестора». Тех самых таксистов, кухарок и официантов, вкладывающих свои кровные в «волшебные бумажки». Точно такая же картина наблюдалась и в США накануне «Чёрного Вторника» 1929 года. С тех пор, кстати, Америка сильно поумнела и в наши дни 90% американского фондового рынка контролируется не «улицей», а институционными инвесторами и гигантскими игроками вроде HFT-компаний и банков. Для сравнения: в России биржа вообще находится на обочине реальности и приводится в движение иностранными (либо оффшорными) институционалами и «межусобойчиком» спекулянтов (в цирковых репризах, когда институционалы отдыхают).

Особенность «уличного инвестора» в том, что они могут обвалить рынок на ровном месте — по причине истерических реакций. Однако такие обвалы длятся всего несколько дней, а потом рынок молниеносно восстанавливается, поскольку эти обвалы вызваны не структурными и органичными причинами, а именно что сиюминутными эмоциями. В Китае на сегодняшний день нет ни малейшей объективной — то есть продиктованной реальной экономикой — причины для перехода к медвежьему рынку на бирже, поэтому и июньский обвал — не более, чем отрезвляющая и оттого оздоровительная коррекция.

По ходу дела хочу обратить внимание читающей публики на то обстоятельство, что «Чёрный Вторник» 1929 года никоим образом не явился причиной Великой американской депрессии, которую вызвала стагнация в реальной экономики и, как следствие, bank runs, массовое изъятие денег из всех банков, случившееся аж через год после 29 октября 1929 года.

Во-вторых, спокойная реакция мировых бирж на китайский обвал объясняется ещё и тем обстоятельством, что китайский фондовый рынок не является полноценным рынком в прямом смысле слова. Китайский рынок несвободен и пребывает под абсолютным контролем родной коммунистической партии как, собственно, и вся китайская экономика. Иными словами, мотив «Партия сказала надо, буржуин ответил есть!» постоянно присутствует во всем, что только в Китае не делается. Вот и сейчас: стоило ЦК КПК в приказном порядке нанести местному бизнесу серию коротких, но весьма эффективных ударов под дых, как мигом ситуация исправилась и «шанхайский композит» бодро полез вверх.

Вот лишь несколько мер «китайской профилактики», ни одна из которых немыслима на свободном рынке: принудительный выкуп брокерскими конторами акций и безусловная поддержка банками рынка (приказ покупать бумаги до тех пор, пока не будет дан отбой), запрет на продажу целого ряда системообразующих бумаг в принципе (обратите внимание: не запрет коротких продаж, которые безуспешно пытались ввести в США в 2008 году, а именно запрет продаж вообще, то есть либо покупай, либо сиди тихо и наблюдай!), разрешение публичным компаниям добровольно останавливать торги своими бумагами на бирже и т.д.

Согласитесь, в условиях такого «рынка» волноваться о реальном биржевом обвале не приходится. Вот потому никто и не волнуется