Что стоит за желанием ограничить банковские бонусы?

В прошлом году крупнейшие банки с Уолл-стрит (Citigroup, Bank of America, JPMorgan Chase, Goldman Sachs, UBS) понесли огромные потери из-за кризиса в секторе структурированных ипотечных продуктов. Если в начале года "дыры" в своих балансах они смогли легко залатать прямыми денежными вливаниями в свой акционерный капитал со стороны государства, то уже весной стало ясно: деньги государству лучше отдать, чтобы оно не мешало зарабатывать на спекуляциях и не ограничивало бонусы.

Раз реальная экономика не впитывает сверхдешевые деньги, предлагаемые ФРС, значит, их можно пустить на покупку биржевых активов: акций, фьючерсов, сырья. Главное – не сидеть сложа руки, пока государство задаром дает банкам деньги. Сказано – сделано: весной крупнейшие мировые банки существенно увеличивают штат своих сотрудников, отвечающих за работу на открытых рынках, – трейдеров, сейлзов, аналитиков. Одновременно с этим повышаются рекомендации до "покупать" по акциям ведущих американских и европейских компаний. Цель: пока ФРС решится на сдерживание роста денежной массы, поднять в разы цены биржевых активов и хорошо заработать на этом.

По сути, элита из шести крупнейших американских банков на дешевых деньгах делает ралли на биржах. Реально противостоять им никто не может, так как Федеральный резерв (источник денег) – это их вотчина. Благодаря агрессивным покупкам цена акций улетает в небо. А дальше система начинает сама генерировать свой рост. Механизм простой: "бычий" настрой на биржах поднимает биржевые индикаторы. На этом фоне в Штатах растут индексы оптимизма потребителей, так как считается, что фондовый рынок является опережающим индикатором развития экономики. Благоприятные sentiments дают новый толчок росту биржевых активов. Затем на арену выходят толпы частных инвесторов, желающих приобщиться к всеобщему ликованию на биржах по поводу окончания кризиса.

На заключительной стадии в ралли включается механизм кэрри-трейд по доллару, так как заимствования в нем наиболее доступны и дешевы. Ослабление курса доллара вызывает удорожание сырья (металлы, нефть, золото). Рост цен на сырье вызывает подъем котировок акций на фондовых биржах. Далее по кругу.

Возможно, мы просто сгущаем краски и не все так плохо? И фондовый рынок лишь компенсирует понесенные в прошлом году потери? Показатель "прибыль на акцию" – главное, что всегда волнует инвесторов. Говоря простым языком: P/E ratio – сколько лет потребуется инвестору для возврата вложенных денег с учетом текущей прибыльности компании. Среднее значение P/E за последние пять лет для акций компаний, входящих в расчет индекса S&P500, составляет 15,5. По итогам работы в первом-втором квартале этого года видно, что текущий кризис снизил прибыли 75% американских компаний на 35-45% относительно уровня прошлого года. То есть справедливым уровнем P/E сейчас могло бы быть значение 9,5. Однако с учетом надувания пузыря на рынках акций весной-летом-осенью этого года среднее значение P/E для S&P500 сейчас мы видим на отметке 19,6. И при этом ведущие американские бизнесмены открыто говорят об анемичности предстоящего восстановления экономики США из-за роста безработицы и проблем с кредитованием населения и корпоративного сектора.

Все бы ничего, и нынешний рост биржевых показателей мог бы волновать лишь его участников, но не монетарные власти и правительства, если бы не ряд тревожных факторов. Во-первых, "перегрев" отдельных биржевых активов увеличивает риск нестабильности во всей мировой финансовой системе в части курсов валют и стоимости стратегических сырьевых ресурсов. Во-вторых, толпы мелких инвесторов, привлеченные на рынки желанием инвестировать "кровные", как обычно заходят на этот рынок по максимальным ценам на акции за последний год. Есть большие сомнения в том, что им удастся продать бумаги, купленные этой осенью, в ближайшие полгода с прибылью. Ведь рынок – это игра не только на рост, но и на падение, а значит, и потери денег. И, наконец, коррекция на "перегретом" рынке всегда бывает очень резкой и болезненной. Это чревато не только новыми банкротствами в инвестиционном сообществе, но и фронтальным снижением доверия потребителей.

Менеджеры банков, чтобы оправдать свою высокую зарплату, берут большие риски в поисках более выгодных вложений капитала, что приводит к перегреванию цены на активы. Совершенно очевидно, что начальник трейдинга крупного банка вряд ли самостоятельно свернет спекуляции на рынке в условиях дешевых денег. Мало того. Экс-председатель совета управляющих ФРС США Алан Гринспен честно признался: "Меня беспокоит политика в Соединенных Штатах: позволит ли конгресс Федеральному резерву свернуть программы стимулирования". По мнению Гринспена, несвоевременный выход из программ стимулирования приведет к значительному ускорению инфляции, которая "утопит" рынок облигаций. Именно поэтому в последние месяцы активно обсуждается тема ужесточения регулирования банковской деятельности для предотвращения нового кризиса. На последнем заседании министров финансов и глав центробанков G20 были согласованы планы ограничения премиальных выплат сотрудникам банков, а также меры по ужесточению системы управления рисками. Проще говоря, главы правительств сейчас настоятельно просят ограничить банковские бонусы, чтобы банкиры не слишком заигрывались в своем желании отыграть окончание кризиса.

Меры ограничения выплат бонусов и компенсаций топ-менеджменту в банковском секторе уже воплощены в ФРГ. Так, с 1 января 2010 года краткосрочные прибыли больше не будут основанием для выплаты бонусов сотрудникам немецких банков. Банкирам ФРГ придется вернуть полученные премии, если их действия были неоправданно рискованными, при этом стандарты определения банковских рисков в Германии также были ужесточены. Теперь аналогичных шагов ждут от других страны Европы, а также от США. Возможно, на саммите глав государств G20 в Питтсбурге, который состоится 24-25 сентября, будет поставлена точка в этом вопросе, что свернет рискованные банковские операции. Вероятно, комментарии в части сворачивания мер накачки банковской сферы дешевыми деньгами мы услышим по итогам предстоящего заседания ФРС (23 сентября). В любом случае, ближе к концу сентября мы ждем смены настроений не только в фондовых индексах, но и в торговых приоритетах крупнейших биржевых игроков.