Владислав Резник: антикризисные законы носили нерыночный характер

"Это то, что я называю "включили денежный брандспойт"

Какие наиболее важные, с вашей точки зрения, законы уже приняты в связи с кризисом осенью 2008 — весной 2009-го?

— Не хотел бы заниматься перечислением, их было в общей сложности 11. Это был антикризисный пакет, который позволил в значительной степени смягчить кризис. Если говорить об общей сути мер — это то, что я называю "включили денежный брандспойт".

Это в основном бюджетные вливания?

— Не только бюджетные, все это — вливание денег. Потому что когда на рынок идут средства ЦБ, то это не бюджетные вливания. А по Центробанку было принято многое — это и возможность предоставления им беззалоговых кредитов, возможность для ЦБ не лишать банки права работать с физическими лицами при нарушении отдельных нормативов. В основном все законы, касавшиеся ЦБ, которые проходили через финансовый комитет Госдумы, являлись антикризисными. Не могу выделить, какой из них более важен или менее. Хотя, с моей точки зрения, многие из них носили в значительной степени нерыночный характер и мне не очень нравились.

Какие именно?

— Да хотя бы взять те же самые разрешения Центробанку выдавать беззалоговые кредиты или регулировать банковские ставки. Или столь усиленная поддержка банков с государственным участием по сравнению с другими банками. Все это не очень разумно в стратегическом плане.

Почему же Госдума на это пошла?

— Потому что на тот момент это было необходимо.

А почему необходимо было поддерживать именно банки с госучастием?

— Иначе было не запустить массовое кредитование. А с другой стороны, абсолютное большинство вкладов физических лиц находится в очень малом количестве банков, в основном именно в банках с госучастием.

Вы считаете, что массовое кредитование запустилось?

— Стало лучше. Но мне не нравился волевой порядок, когда от банков, получивших господдержку, требовали ежемесячно увеличивать на 2% объем выдачи кредитов. Возникал вопрос: кто будет отвечать за качество выданных кредитов, если пойдут невозвраты? Кто возьмет на себя ответственность за такую политику? Руководство ЦБ? И чем они могут отвечать, кроме как своей должностью?

Не нравилась мне и идея с "комиссарами" — уполномоченными лицами ЦБ в банках, получивших господдержку. И еще достаточно многие вещи, связанные с чисто административными механизмами стимулирования экономики. С моей точки зрения, лучше было бы стимулировать конечный спрос, то есть потребителя, и деньги давать потребителю.

Конечный спрос тоже был простимулирован, тем же увеличением зарплат и пенсий, но эти деньги на рынок как-то не особо попали.

— В некоторой степени, да, согласен. Но по-моему, еще бессмысленнее давать деньги, например, конкретному автозаводу. Если у него на складе вместо 10 тыс. нереализованных автомобилей будет стоять 200 тыс., что принципиально изменится? Реализации-то нет. Поэтому нужны такие меры, как поддержка конечного потребителя. Например, поддерживать банковские ипотечные программы, то есть за счет госсредств компенсировать потребителю разницу между ставкой по ипотеке и рыночной ставкой кредитования. Либо находить иные меры, интересные для рефинансирования банков, и направлять эти средства на ипотеку.

Почему именно на ипотеку?

— Ипотека хороша тем, что 1 руб., инвестированный в строительство, означает примерно 15 руб. роста спроса в экономике. Ведь если вы начинаете строить жилье, вам надо выпускать металл, провода, отделочные материалы и т. д. Таким образом, получается очень хороший мультипликативный эффект.