Китай все съест

В начале ноября ОК «Русал» подписала с китайской государственной машиностроительной корпорацией Norinco контракт на поставку 1,68 млн тонн алюминия в течение 2010 — 2016 годов. По текущим ценам на Лондонской бирже металлов (1,9 тыс. долларов за тонну алюминия) стоимость законтрактованного объема достигает 3,2 млрд долларов. Поставки пойдут с сибирских заводов компании, расположенных в непосредственной близости к китайским потребителям. В Русале ожидают, что в структуре выручки компании доходы от продаж  в КНР вырастут с 5% в этом году до 10% к 2015 году.  «Заключение контракта с Norinco — важный шаг в реализации нашей стратегии расширения присутствия на этом быстрорастущем рынке. Мы уверены, что сегодняшние темпы урбанизации и индустриального развития позволят Китаю еще долго оставаться главной движущей силой, обеспечивающей динамичный рост спроса на алюминий, и намерены активно продолжать сотрудничество с нашими китайскими партнерами», — отметил директор по стратегии и корпоративному развитию Русала Артем Волынец.

Уповать на Поднебесную приходится не только алюминщикам. По большому счету, от Китая сегодня зависит загрузка всей отечественной металлурги — и черной, и цветной. Внутреннее потребление цветных металлов, по прогнозу Минэкономразвития РФ, в 2009 году уменьшится на 30 — 40%, и до 2012 года улучшения не ожидается.

Котировки базовых цветных металлов на бирже, подогретые китайским спросом, растут, что внушает предприятиям оптимизм. Участники рынка уверены: самые низкие ценовые спады позади.

Надежда проснулась весной

В целом ситуация в цветмете не так безнадежна, как это представлялось еще в начале года. По данным Минпромторга РФ, по итогам 9 месяцев текущего года к аналогичному периоду прошлого производство рафинированной меди составило 94,3%, алюминия — 91,2%, никеля — 94,6% (для сравнения: этот же показатель по стали — 75,2%, по стальным трубам — 74,3%). Первым начал оживать рынок меди: если еще в январе цена на металл колебалась на уровне себестоимости — 3 тыс. долларов за тонну, то к середине апреля она поднялась до 4,7 тыс. долларов. К октябрю стоимость меди дошла до годового максимума — почти 6,7 тыс. долларов.

Это благотворно сказалось на медниках. УГМК не планирует серьезного сокращения производства по итогам этого года. По словам генерального директора холдинга Андрея Козицына, Уралэлектромедь потеряет не более 10% от объемов прошлого года, выпустив порядка 340 тыс. тонн катодной меди.

Держится на плаву и Русская медная компания. Она даже нашла повод похвастаться: по итогам работы за 9 месяцев ЗАО «Карабашмедь» увеличило выпуск черновой меди на 22%. Успех металлурги связывают с грамотной антикризисной программой: оптимизацией работы предприятия, изменением графика поставок и экономией энергоресурсов. Впрочем, на показатели выплавки катодной меди на Кыштымском медеэлетролитном заводе (входит в РМК) это не повлияло: по данным журнала «Уральский рынок металлов», за первые три квартала объем производства сократился на 31%.

На загрузке медников отразился почти полугодовой дефицит на рынке лома. Поставщики вторсырья, привыкшие работать на высоком рынке, не смогли резко сбросить цены с началом кризиса. Сложилась абсурдная ситуация: в конце прошлого — начале этого года лом стоил вдвое дороже рафинированной меди, в то время как его переработка может быть рентабельна только в случае, если тонна лома примерно на тысячу долларов дешевле биржевой стоимости металла. К лету ситуация с ломами стабилизировалась, но упущенное уже не вернуть.

В части потребления поддержку меди оказал Китай и Южная Корея. Во-первых, за счет формирования госрезерва: в КНР — 
1 млн тонн, в Корее — 300 тыс. тонн. Во-вторых, благодаря сохранению темпов потребления (в китайской промышленности, например, оценочно 5 млн тонн в этом году). Как рассказал Андрей Козицын, на внешний рынок идет примерно 60 — 65% произведенной холдингом рафинированной меди: «Мировое потребление составляет 15,5 — 16 млн тонн, из них порядка 30% приходится на Китай (вместе с госрезервом). На общемировом фоне наши объемы поставок в КНР не очень принципиальны. Основными экспортными направлениями остаются Европа (катодная медь) и Ближний Восток (катанка)». Позитивно на возможностях российских медников на мировом рынке сказалась отмена пошлин на катодную медь, принятая правительством РФ в начале этого года, отметил глава УГМК.

В то же время накопление резервов в КНР привело к снижению биржевых запасов меди, что благоприятно повлияло на ценовую конъюнктуру. Аналитики компании Sucden Financial считают, что средняя цена на медь в ближайшие несколько месяцев может вырасти до 7 тыс. долларов за тонну. Аналитики Danske Bank прогноз на четвертый квартал этого года оставили без изменений — 6,5 тыс. долларов, но на 2010−й повысили его с 6,4 до 6,9 тыс. долларов.  

Затянули и выплыли

С алюминием — сложнее. Цены на него поднимались в течение этого года, но не так динамично: с 1,5 до почти 2 тыс. долларов. В строительном и автомобильном секторах спрос резко упал, что вызвало быстрый рост биржевых запасов, достигших рекордных максимумов. В ближайший год рынку придется освобождаться от этих излишков, что существенно ограничит рост цен даже в условиях экономического оживления, считают в Danske Bank. По оценке компании JP Morgan Chase, на мировом рынке по итогам нынешнего года ожидается избыток первичного алюминия в объеме 1,593 млн тонн,  в 2010 году он снизится до 677 тыс. тонн. Причина — закрытие части производственных мощностей.

На Уральском алюминиевом заводе (входит в Русал), где с начала года  прекратили работу две устаревшие установки электролиза, результат 9 месяцев оказался ожидаем — минус 32%. На Богословском алюминиевом (Русал) спад менее критичен — 6,7%.

При этом вся производственная цепочка ориентирована на снижение себестоимости. Так, в добывающем секторе решается проблема энергоэффективности. Как рассказал главный энергетик Среднеуральского бокситового рудника (СУБР) Василий Молодцов, доля затрат на энергоресурсы в себестоимости 1 тонны добытой руды превышает 17% и продолжает расти за счет резкого повышения тарифов:

— С 2001 года тариф на электроэнергию вырос в среднем в 3,5 раза, на тепловую энергию — в 3,1 раза. Особенность горного производства, на СУБРе в частности, — большая доля потребления энергоресурсов на постоянные нужды, не зависящие от объемов добычи. В первую очередь, это расходы электроэнергии на водоотлив. Так, на подземный водоотлив приходилось 32% энергопотребления, на дренажные узлы — 25%. Потребление тепловой энергии на подогрев поступающего в шахты воздуха в холодное время года достигало 41%. По каждому направлению реализован комплекс мер. В частности, ввод автоматизированных систем контроля позволил снизить фактическое потребление электроэнергии с 580 млн кВт/час в 2001 году до 507 млн кВт/час, ожидаемых в 2009 году. При том что расчетное потребление электроэнергии, с учетом ввода новых энергопотребляющих установок и увеличения глубины добычи руды, должно было составить не менее 620 — 630 млн кВт/час.

В следующем году СУБР планирует еще ряд проектов, повышающих энергоэффективность: установку преобразователей частоты для шахтного комплекса подъемов, энергосберегающих ламп, строительство ЛЭП 6 кВ для перевода нагрузок дренажного узла на более высокие уровни напряжения, где тариф в два раза ниже.

Между тем в отрасли есть игроки, готовые приступить к более масштабным проектам модернизации. Они полагают, что кризис — самое удачное для этого время, так как мировые цены на металлургическое оборудование упали примерно на 30%. Так, Каменск-Уральский металлургический завод (КУМЗ, УК «Алюминиевые продукты») продвигает инвестиционный проект строительства прокатного комплекса. Как сообщил управляющий директор предприятия Алексей Филиппов, проект получил одобрение в министерстве промышленности и торговли РФ,  а также на предварительном заседании кредитного комитета ВЭБа. Проектная мощность комплекса — 166 тыс. тонн алюминиевого проката в год. Сумма инвестиций пока не разглашается. «При удачной реализации проекта КУМЗ может занять лидирующее место в России по производству алюминиевого полуфабриката», — надеется Филиппов.

В целом КУМЗ, ориентированный на запросы высокотехнологичных отраслей (авиа— и судостроения, нефтегазового комплекса, транспортного машиностроения), чувствует себя неплохо: к октябрю уровень его загрузки приблизился к докризисным показателям, доля прокатного направления (прокатный цех и цех термомеханической обработки листов и плит) составила не менее 55%. Среди заказчиков завода — Boeing, Bombardier, до конца года планируется завершить квалификацию изделий для Airbus и Goodrich.

В общей струе

С марта-апреля цены на цинк и никель демонстрируют устойчивый рост. Но производители пока не дотягивают до прошлогодних показателей: Южуралникель за девять месяцев выпустил 11 тыс. тонн (против 14 тыс. тонн за тот же период прошлого года), а Челябинский цинковый завод (ЧЦЗ) сократил объемы на 29,6% до 83,2 тыс. тонн. Однако динамика третьего квартала у обоих предприятий положительна: плюс 5% и 15,5% ко второму кварталу соответственно. При этом у Южуралникеля чистая прибыль в третьем квартале в 4,5 раза превысила показатель предыдущего отчетного периода и составила 406,8 млн рублей. 

Аналитики прогнозируют никелю светлое будущее: средняя стоимость тонны с немедленной поставкой в 2010 году составит 20,7 тыс. долларов за тонну, полагают в Societe Generale. Мировой спрос будет увеличиваться ежегодно на 9% до 2013 года вслед за ростом потребности со стороны Китая и укреплением спроса на нержавеющую сталь. В то же время поставки могут упасть ниже уровня потребления уже в следующем году, предупреждает аналитик SocGen Давид Уилсон: объем никеля на складах в этом году вырос на 55%.

Пожалуй, самым негативным последствием поворота ситуации на рынке никеля для производителей стала возможность возвращения с 2010 года экспортных пошлин (отменены в этом году): решение правительство пока не приняло.

Цинк, по мнению экспертов, тоже прошел ценовое дно, вернувшись к докризисному уровню.  Международная группа по изучению свинца и цинка в следующем году ожидает восстановления спроса, причем он может превзойти предложение и превысить 12 млн тонн (мировое производство этого года — не более 11 млн тонн). Главным драйвером станет ежегодный прирост на 10 — 15% потребления металла в Китае.

Однако смотреть только в сторону Поднебесной рискованно: страна собирается сократить закупки меди и начать экспорт цинка и алюминия в последние месяцы 2009 года, утверждает аналитик Barclay’s Гейл Берри. Это может ухудшить положение многих российских цветников. Но повторения провала четвертого квартала-2008 не ожидается: цены на основные металлы за год практически восстановились до предкризисных показателей и сдавать позиции не собираются.