И себе, и банкам

На корсчетах банков в ЦБ почти не осталось валюты, сообщил Игнатьев: $1-2 млрд. На пике в феврале было около $40 млрд, говорил его зам Алексей Улюкаев. В декабре ЦБ установил ограничения на рост иностранных активов банков. Ограничения носили рекомендательный характер, но тех, кто их не придерживался, регулятор отлучал от беззалоговых аукционов. В ситуации, когда не каждый актив для залога можно было оценить, такие аукционы были самыми популярными: задолженность по ним доходила почти до 2 трлн руб., это больше половины всего объема рефинансирования на его пике. Полученные рубли банки конвертировали в валюту, а хранить ее должны были в ЦБ на корсчетах: размещенные на них средства валютой не считались. Банки реально столкнулись с проблемой, когда у них были средства, а они не могли их нигде разместить, говорит предправления банка «Открытие» Василий Заблоцкий. Население тоже бежало в валюту, с ноября начали расти депозиты, рост валютных пассивов банков требовал увеличения валютных активов — выходом стали корсчета, говорит Наталья Орлова. По мнению Николая Кащеева из Сбербанка, хранить валюту в ЦБ, а не за рубежом, было спокойнее и самим банкам.

Валютные корсчета ЦБ ввел в состав международных резервов. Одной рукой ЦБ продавал валюту, а другой тут же забирал ее обратно, в итоге оттока капитала не было, резервы не сокращались, говорит Олег Солнцев из ЦМАКП: «Видимо, корсчета нужны были для того, чтобы замаскировать масштаб снижения резервов». Но такой порядок нарушает специальный стандарт МВФ на распространение данных, отмечает он. С августа-2008 по март резервы сократились на $212 млрд, или на 35,7%, без корсчетов сокращение бы составило 41%. С апреля резервы росли, новый провал произошел в июле, когда ЦБ приостановил действие своей рекомендации в связи со стабилизацией ситуации на валютном рынке, и банки этим тут же воспользовались, за первую же неделю выведя $9 млрд. Чистые иностранные активы банков только за июль выросли впятеро до $16,9 млрд. Чистый вывоз капитала банковским сектором в III квартале составил $28,5 млрд — в 2,3 раза больше, чем за первые два (всего за три квартала — $41,1 млрд). Столкнувшись с отсутствием спроса на валютные кредиты при долларизации депозитов, банки стали направлять «лишнюю валюту» на погашение внешней задолженности, говорит Орлова: все три квартала она у банков, в отличие от нефинансового сектора, сокращалась. За девять месяцев внешний долг банков снизился на $28,6 млрд, или на 17,7%, до $137,7 млрд.