"Мы порой бываем неконкурентоспособны"

— В этом году "Башнефть" стала лидером по темпам роста добычи среди российских компаний. Перед вами изначально ставилась задача повысить добычу почти на 20%?

— Основная задача, которую определил новый собственник, когда мы начинали работать, формулировалась иначе: сохранить уровень нефтедобычи. Добывающий блок — основа бизнеса "Башнефти", и падения производства нельзя было допустить, хотя на протяжении предыдущих лет добыча в компании по целому ряду объективных причин постепенно снижалась. Для этого, прежде всего, необходимо было оценить состояние дел.

До "Башнефти" была "Белкамнефть" (в 2000–2003 годах гендиректор компании, которую затем приобрела АФК "Система".— “Ъ”), добывающая компания в соседней Удмуртии. Тогда в "Белкамнефти" мы практически с той же командой, что и сейчас, начинали работу на Вятском месторождении, где падение добычи составляло 5–7% в год. И нам удалось не только остановить падение, но и нарастить производство до 2 млн тонн в год.

В "Башнефти" задача схожая, только более масштабная. И я не сомневался, что, решив ее на участке, где пробурено 1,5 тыс. скважин, мы теми же методами решим ее и там, где есть 16 тыс. скважин. Тем более что по объемам работ, по степени выработанности месторождений это тоже схожие проекты. Нет большой разницы между Вятской площадью "Белкамнефти" и, к примеру, Арланским месторождением "Башнефти". Геологи, которые отлично справились с этой работой в "Белкамнефти", теперь делают ее здесь. А моя задача состояла в том, чтобы создать этим людям условия для работы. Казалось бы, что нового можно сделать в добыче, где все давно известно? Но, например, когда соревнуются люди на совершенно одинаковых мотоциклах, кто-то побеждает, а кто-то проигрывает. И никого не удивляет, что так получилось. Все дело в технике вождения. Так и здесь.

— То есть того роста, который получился, от вас не ждали?

— Когда в июне 2009 года мы доложили акционеру, что по итогам года сможем перешагнуть рубеж добычи в 12 млн тонн нефти, то, конечно, это вызвало определенное удивление. И хотя сейчас перед нами ставятся уже более серьезные и трудоемкие задачи, они по-прежнему достижимы. Никто же не требует от нас органического роста добычи до 25 млн тонн нефти в год.

— А каких результатов от вас ждут?

— Точную цифру сегодня назвать невозможно. Пока мы планируем, что к 2013 году, если ситуация на рынке будет стабильной, годовой уровень добычи будет около 15 млн тонн нефти.

— Еще в прошлом году в качестве перспективы по добыче назывался объем 17 млн тонн нефти в год. Сохранились ли эти планы и когда они могут быть выполнены?

— Как говорят наши специалисты, можно добывать и 17 млн тонн нефти. Вопрос в эффективности этой добычи. Ведь наша задача не просто достичь каких-то пиковых показателей, получить орден, а после этого уйти. Мы говорим о том, что месторождения должны работать в оптимальном режиме многие годы. А дальнейшее снижение объемов добычи на этих месторождениях должно происходить закономерно. Мы продолжаем работу по изучению структуры наших месторождений и построению геологических моделей. Обычно это занимает три-четыре года, а иногда и больше, но мы рассчитываем, что уже через полтора-два года окончательно прояснятся возможности дальнейшего развития и цифры могут измениться. В большую сторону. Но пока "полка" (стабильный уровень добычи— “Ъ”) определена в 15 млн тонн.

— За счет чего вам удалось так сильно нарастить добычу?

— Темпы роста нашей добычи многих удивили. Мне даже задавали вопрос, не подкачиваем ли мы нефть из хранилищ. Отвечаю: у нас просто нет такого количества хранилищ, ни подземных, ни наземных, кроме самих месторождений. Столь активный рост добычи возник не из воздуха — это результат целенаправленных усилий компании во второй половине 2009 года. Была проделана громадная работа по анализу действующего фонда скважин и пересмотру сетки бурения по новым скважинам. У нас более 170 новых скважин, и изначально мы планировали средний дебит по каждой из них в объеме 4,5–5 тонн, а в результате получили более 7 тонн в сутки. Это на 40–50% выше относительно уровня 2008 года.

В прошлом году мы провели более 3 тыс. разнообразных геолого-технических мероприятий, направленных на повышение нефтеотдачи, и они дали серьезный результат. Многие использованные нами технологии раньше не применялись в "Башнефти", по крайней мере на регулярной основе. Например, такие как большеобъемная кислотная обработка скважин, гидроразрыв пласта и ряд других.

Хорошо себя зарекомендовало бурение боковых горизонтальных стволов, которые мы стараемся строить в краевых зонах, где это позволяет прирастить запасы.

Нам удалось снизить обводненность на 0,4% при незначительном — на 2,5% — увеличении отбора жидкости. И резервы на этом направлении весьма существенные. В том числе за счет управления закачкой, перевода нагнетательных скважин в добывающие и наоборот, изменения направления вытеснения, отключения самых обводненных скважин, отсечения обводненных интервалов, снятия скин-эффекта и т. д.

Мы начали контролировать и рассчитывать режимы работы по всем скважинам, оборудованию, просчитывать ячейки заводнения.

В результате всех этих действий рост добычи в прошлом году составил 4,7%, а в этом году по сравнению с первым кварталом 2009 года мы получили рост около 17,5%. Но как только мы догоним сами себя, темпы роста несколько снизятся.

— Какой рост предусмотрен в этом году?

— Около 10%.

— Если добычу можно было нарастить за довольно короткий срок, почему "Башнефть" не делала этого раньше?

— Вероятно, перед прежней командой стояла задача сохранить определенную "полку" по добыче, не увеличивая процент обводненности. Но сегодня появились новые технологии, пришли новые специалисты, которые имеют другой опыт работы и перед которыми стоят иные задачи.

Наша цель — это построение вертикально интегрированной компании. А для того чтобы эта структура получилась полноценной, объем добычи нефти должен как минимум равняться объему переработки. В этом у нас, к сожалению, есть определенный дисбаланс. И именно поэтому для нас принципиально важна задача, связанная с увеличением объемов добычи.

Сегодня "легких" проектов по добыче нефти практически не осталось. Отрасль все чаще и чаще сталкивается с необходимостью добывать проблемные, тяжелые, вязкие нефти, себестоимость добычи которых сегодня составляет $50–70 за баррель, а в некоторых случаях может доходить до $200. Эта ситуация стимулирует активное развитие технологий добычи, направленных на снижение удельных затрат.

И вполне возможно на рубеже 2013–2014 годов мы поймем, что наши производственные планы были весьма и весьма скромны.