Доживем до пятницы

Во вторник польское правительство одобрило весь пакет газовых документов, получив санкцию национального энергетического регулятора URE. Вчера, правда, в подготовительный процесс вновь вмешалась Еврокомиссия, которая участвовала во всех последних раундах двусторонних переговоров в качестве консультанта Польши, в том числе во встрече в середине октября, когда и был достигнут компромисс. Пресс-секретарь еврокомиссара по энергетике Марлена Хольцнер заявила, что в Брюсселе не могут делать выводы о соглашениях, которых не видели. По ее словам, "в интересах польской стороны получить мнение Еврокомиссии до подписания соглашения", поэтому ЕК рассчитывает "в ближайшие дни" ознакомиться с окончательным текстом российско-польского контракта по газу. Тем не менее г-жа Хольцнер признала, что Брюссель не запрашивал текст договора и вообще у комиссии "нет полномочий требовать у государств -- членов ЕС проекты двусторонних соглашений".

В Минэнерго и "Газпром экспорте" от комментариев на эту тему отказались, видимо, чтобы в очередной раз не сглазить урегулирование одного из самых затяжных конфликтов в международной практике. В 2002 году по инициативе Польши межправительственное соглашение и связанные с ним контракты уже корректировались. Тогда Варшава добилась уменьшения объема поставок российского газа в надежде на импорт газа из Норвегии, однако вскоре была вынуждена начать закупать недостающие 2--2,5 млрд кубометров газа на востоке, но не напрямую у "Газпрома", а у трейдеров ("Итера", Eural Trans Gas и RosUkrEnergo). Когда в 2009 году усилиями экс-премьера Украины Юлии Тимошенко RosUkrEnergo была исключена из схемы поставок газа на Украину и лишена ресурсов, Польша оказалась перед угрозой дефицита. Параллельно "Газпром" и PGNiG продолжали спорить о стоимости транзита газа по трубопроводу Ямал--Европа и принципах управления совместным предприятием. Дело дошло до международного арбитража, что в газовом бизнесе случается крайне редко и свидетельствует о реальном параличе взаимоотношений между партнерами.

В ноябре прошлого года стороны были близки к тому, чтобы заключить мировую. Но газовое соглашение становилось жертвой то внутренних политических противоречий в Польше, то амбиций Варшавы и Брюсселя, который поставил перед собой задачу создать единый энергетический фронт.