Новые налоги перекрыли эффект от высоких цен на нефть

Дорожающая нефть и металлы, казалось бы, должны позволить экономике сделать рывок. Однако февраль стал подтверждением того, что экономический рост в России замедляется. Рассчитываемый Ассоциацией менеджеров индекс деловой активности стагнирует с осени прошлого года, и рассчитывать на его активную положительную динамику в ближайшее время не приходится. Виноваты отсутствие стимулов для развития производства, высокая налоговая нагрузка, коррупция и отсутствие веры в правовую защищенность.

Перспективы не впечатляют

В феврале темпы роста индекса деловой активности (ИДА) снизились по сравнению с январем. Интегральный индекс составил 184,5, что означает рост всего лишь на 0,2% по сравнению с январем. Такое поведение указывает на разнонаправленное движение его составляющих, что не добавляет ему устойчивости. На годовом графике хорошо видно, что с сентября прошлого года рост почти прекратился и индекс вошел в зону насыщения, после чего коррекция вниз не станет большим сюрпризом.

К традиционным причинам для пессимизма прибавляются новые. На фоне того, что инфляция только за первые два месяца года превысила 3%, ее годовое значение может превзойти прошлогодний уровень в 8,8%. Понятно, что говорить о снижении ставок по кредитам в такой ситуации не приходится. Основная же опасность в том, что стагнация экономики может стать объективной реальностью, если цены на нашу нефть упадут ниже 60 долл. за баррель, так как дефицит бюджета будет покрывать очень сложно и стабильность рубля окажется под вопросом.

В сочетании с мировым кризисом, который далек от своего завершения, это заставляет российский бизнес искать краткосрочную выгоду, не стимулирует инвестиции в капиталоемкие и долгосрочные проекты. Об этом говорит и рекордное снижение индекса предпринимательских оценок и ожиданий — на 1,9% (99,8 пункта) на фоне минимального роста промышленного индекса — всего лишь на 0,1% (до 194,2 пункта), притом что торговый индекс вырос на 1,1% (220,9 пункта) и индекс ресурсной базы от него не отставал — рост на 1% (200,1 пункта).

Оценивая потенциал нашей экономики в текущей ситуации, необходимо учитывать, что темпы восстановления мировой экономики в различных регионах неодинаковы, в краткосрочной перспективе сохраняется ряд крупных дисбалансов. Например, восстановление продвигается различными темпами. В соответствии с прогнозами МВФ, развивающиеся рынки вырастут в текущем году в среднем на 6,5%. Для России цифра 6,5% может оказаться недостижимой. Данные Росстата за январь внушают опасения: капитальные инвестиции снизились на 4,7% год к году (в декабре был рост на 10,1% год к году).

ВВП, очищенный от сезонной составляющей, снизился на 0,3% месяц к месяцу — это предполагает, что, показав значительный рост в четвертом квартале, экономика вошла в очередную фазу замедления. После декабрьского роста на 4,3% относительно ноября промпроизводство в январе относительно декабря вследствие большого числа выходных дней снизилось на 10,9%, а рост год к году составил 6,7%. Безработица выросла до 7,6% против 7,2% месяцем ранее. Реальные располагаемые доходы населения упали год к году на 5,5%, тогда как в декабре был рост на 3,3%.

Неплохо себя чувствует торговый сектор, несмотря на 25-процентное снижение месяц к месяцу (что вполне понятно: декабрь — сезон подарков). Розничные продажи год к году продемонстрировали незначительный рост — на 0,5%, тогда как в декабре увеличение этого показателя составило 3,4% год к году. Вызывает опасение то, что объемы строительства за месяц снизились на 71,5%, а год к году — на 1,1%. Примечательно, что позитивная динамика год к году была отмечена в сельхозпроизводстве (+0,7% в январе против +0,6% в декабре), тогда как снижение объемов производства относительно декабря составило 18,9%.

Финансовый индекс показывает рост на 0,4%. Это подтверждает, что у нас есть определенный запас финансовой стабильности для проведения экономических реформ, направленных на развитие внутреннего производства. Ситуация на нефтяном рынке способствует укреплению рубля. Удивительно, что столь неубедительные экономические результаты по интегральному индексу деловой активности показаны на фоне избыточной денежной ликвидности. Однодневная ставка MIBID в феврале составляла порядка 2,5% годовых, ставка MIBOR — около 3,1% годовых. Однодневная ставка MIACR колеблется около 2,8% годовых.

В такой ситуации ясно, что у банков деньги есть, только при столь высокой инфляции и слабых перспективах внутреннего производства отдавать дешево не получается, и с надежными заемщиками не так все просто. Вот и получается, что внутреннее стимулирование экономического роста ограничено. Что будет, если Банк России в условиях ускорения инфляции продолжит повышать свои ставки? Это заставит банки действовать аналогично. Впрочем, если ухудшение макропоказателей заставит усомниться в устойчивости роста экономики, вполне вероятно, что ужесточения монетарной политики ЦБ не будет, так как это может нанести урон не только инвестклимату, но и промышленности.

На нефть надежды нет

Внутриэкономическая ситуация в России усложняется и затянувшимся выходом из кризиса мировой экономики. Сейчас уже понятно, что причины кризиса коренятся в самом устройстве глобальной экономической системы, в ее несбалансированности. В сложившейся ситуации именно развивающиеся страны имеют в распоряжении ряд инструментов, способных снижать перегрев экономики. Впрочем, на практике это сделать не так-то просто. Поэтому России надо рассчитывать в первую очередь на себя и направить все силы на поиск дополнительных источников инвестиций. Прежде всего тех, которые не создают дополнительного инфляционного давления на экономику.

Необходимо учесть ситуацию на Ближнем Востоке. Если напряженность будет нарастать, можно будет прогнозировать нефть и по 130 долл. за баррель. К сожалению, это не гарантия роста экономики России, но если арабская нестабильность закончится и цены назад уже не вернутся, это вполне может дать реальный шанс на модернизацию экономики, если, конечно, мы опять не начнем копить, инвестируя в казначейские обязательства США, и тратить деньги в огромных объемах на социальные программы.

Однако если в течение марта политические риски снимутся, то нефть из-за сезонного фактора может подешеветь ниже 100 долл. при условии, что США вдруг не решат вывести на рынок еще денег своим QE-3 — третий транш количественного смягчения уже обсуждается. Таким образом, международная ситуация не является существенным негативным фактором на пути восстановления нашей экономики.

Итоги февральского индекса говорят о том, что бизнес-сообщество пока не видит, как благоприятные сырьевые условия позволят восстановить экономику и сделать ее конкурентоспособной. Из-за роста инфляционного давления ЕЦБ может начать повышение ставок. Экономика постепенно восстанавливается, инфляция растет, и рост цен на сырье вносит в нее существенный вклад. В январе инфляция в еврозоне составила 2,4%, превысив целевой ориентир ЕЦБ в 2%. Ставка ЕЦБ в 1% не меняется с мая 2009 года. Рынок ждет повышения ставки во второй половине 2011 года, но это поддерживает курс евро по отношению к другим валютам уже сейчас. Экономические показатели подтверждают продолжение процесса восстановления мировой экономики, а с учетом огромных вливаний денежной ликвидности со стороны финансовых властей США опять увеличивается интерес участников финансового рынка к более рискованным видам активов. Все это может запустить кризис на «второй круг».

Еще одна важная причина февральских результатов ИДА — чрезмерно высокая фискальная нагрузка на бизнес. Надо отдать должное Минэкономразвития, которое старается учесть потребности бизнесменов, но, судя по возросшему ЕСН, пока получается не всегда. Тем не менее есть и положительные примеры. Из 55 проектов законов, указов, постановлений и ведомственных приказов, которые министерство проверило с августа 2010 года, принятие 30 могло привести к дополнительной необоснованной нагрузке на бизнес. Чиновники сами говорят, что свыше половины из проверенных проектов нормативных актов в области надзора увеличивает финансовую нагрузку на бизнес. Есть смысл распространить проверку на все налоговые инициативы государства и региональное законодательство. Именно на это направлено создание консультативного совета, который будет оценивать новые документы и совершенствовать саму процедуру оценки.

Семь смертных рисков

Если выделить основные факторы риска для российской экономики, то февральское исследование позволяет говорить о следующих важных моментах. Первый фактор — цена нефти. Она остается серьезным источником рисков для российской экономики. Если еще десять лет назад бездефицитный бюджет готовился Минфином при цене на нефть 30 долл., то сейчас он дефицитный при цене порядка 100 долл. Конечно, при такой политической обстановке на Ближнем Востоке внешние макроэкономические условия в ближайший год будут сохраняться относительно благоприятными, но ситуация изменится сразу же, как только власти перестанут поддерживать экономики дешевыми деньгами и нефть из объекта инвестиций вернется к своей основной функции углеводородного сырья.

Второй фактор риска — ситуация по счету капитала. Низкие темпы роста экономики, низкие процентные ставки, невысокий профицит баланса текущих операций заставили инвесторов пересмотреть свое отношение к России. В результате приток капитала сменился оттоком. Эта ситуация может стать одной из основных причин перехода экономики в стагнацию, если бизнес будет продолжать нести такую огромную социальную нагрузку. Также в случае сохранения оттока капитала рубль будет обесцениваться.

Третий фактор — риск снижения внутреннего потребительского спроса. Для этого необходим рост доходов и постепенное сокращение безработицы, чего пока нет. Поэтому необходимо учесть, что сберегательные предпочтения будут превалировать над склонностью к потреблению. Поэтому доходы населения могут расти быстрее потребления, что и приведет к замедлению роста потребительского спроса.

Четвертый фактор — замедление роста инвестиций будет также более медленным, чем в период до кризиса. В основе замедленного роста инвестиций неуверенность инвесторов, наличие избыточных мощностей и значительный объем ранее накопленных корпоративных долгов.

Пятый фактор — инфляция. Она может даже превысить уровень 2010 года. Исследование показывает, что рост цен находится под воздействием разнонаправленных факторов. С одной стороны, остаются относительно высокими инфляционные ожидания, с другой стороны, рост цен может сдерживаться благодаря низким темпам роста спроса в экономике, а также ужесточению бюджетной и денежной политики, направленному на снижение дефицита бюджета.

Шестой фактор — обеспечение устойчивости государственных финансов, прежде всего динамика российского рынка федеральных и субфедеральных ценных бумаг. Важным условием исполнения бюджета становятся заимствования, прежде всего на внутреннем рынке.

Седьмой фактор — валютная и кредитная политика. Избыточное укрепление рубля может стимулировать импортозамещение. При высоких ценах на нефть такой сценарий видится вполне вероятным. Важно удержать ставки на минимально низких уровнях. До сих пор цены на кредитные ресурсы очень высоки.

Все эти факторы оказали свое влияние на составляющие ИДА, из которых и формируется интегральный индекс. Динамика составляющих индекса имела смешанный характер, что говорит о том, что рост нестабилен и может обернуться спадом, если бизнес-сообщество не почувствует изменения экономического климата в лучшую сторону.

Как показывают результаты исследования, бизнес-сообщество чувствует существенную неопределенность, и даже общие позитивные результаты по ряду отраслей не позволяют говорить о начале роста. Кризис формально закончился, но стабильности нет. Все будет зависеть от того, как правительство распорядится благоприятной конъюнктурой цен на энергоресурсы, и индекс деловой активности подтверждает этот тезис в полной мере.