Агентства отрейтингуют

Рейтинговое агентство Standard & Poor’s (S&P), понизив рейтинг США, обрубило сук, на котором сидит. Оно и два других ведущих агентства, Moody’s и Fitch, теперь сталкиваются с потоком обвинений — их накопилось немало.

Все три ведущих международных рейтинговых агентства возникли уже очень давно: S&P работает с 1860 года, Moody’s — с 1909-го, Fitch — с 1913 года. Но десятилетиями они интересовали узкий круг экономистов. И только в последние лет 20 оказались у всех на слуху. Помогла глобализация. Инвестору теперь невозможно самостоятельно оценить колоссальное количество факторов, влияющих на самочувствие стран и отдельных компаний, объясняет директор Института анализа предприятий и рынков ВШЭ Андрей Яковлев. Приходится смотреть на мир глазами агентств. Если агентство маленькое, оно, как правило, берет деньги с того, кого рейтингует. Крупные агентства живут тем, что продают информацию инвесторам. И от объекта изучения, стало быть, независимы.

Трудно представить, кто выполнит работу агентств за них. Тем не менее претензий к ним все больше: во-первых, агентства не видят очевидного, не в состоянии адекватно предупредить о кризисах, во-вторых, они нагнетают страсти там и тогда, когда рынок вполне мог бы успокоиться сам собой. Иными словами, манипулируют. Хвост вертит собакой. Именно так рассуждал, например, российский премьер Владимир Путин (и не только он), когда несколько недель назад санкционировал создание рейтингового агентства стран ЕврАзЭС. Дескать, постсоветские экономики иностранцами недооценены, значит, мы сами себе поставим оценку. История с рейтингом США демонстрирует: все еще сложнее.

Аналитики не ждали, что кто-то из ведущей тройки решится "замахнуться на святое". Но агентствам нужно было спасать свою репутацию, объясняет экс-министр экономики России Андрей Нечаев. Репутация пострадала в кризис 2008 года, когда агентства пытались убаюкивать общественность и «в итоге потерпели фиаско». Венцом стала история с банком Lehman Brothers: он получил высшие рейтинги за несколько дней до банкротства; от этого события и отсчитывают последний мировой финансовый кризис. Критика усилилась после того, как агентства выставили низкие рейтинги ряду европейских стран, напоминает директор Института экономики РАН Руслан Гринберг. Лидеры Старого Света заговорили о попытках спекулировать на временных трудностях еврозоны.

Теперь агентства решили реабилитироваться. С одной стороны, S&P "просто сделало свою работу", отреагировав на дебаты по повышению порога госдолга США, объясняет Яковлев. С другой — агентство пошло на мужественный шаг, считает Нечаев: с экономикой США с 1860 года много чего происходило, но ни одно агентство не решалось понизить рейтинг этой страны. Видимо, от волнения случился казус. Сразу после предупреждения о снижении рейтинга минфин США заявил: в расчеты S&P вкралась ошибка на $2 трлн. Агентство ошибку признает, но рейтинг все равно понижает. Теперь у властей США есть два варианта поведения: используя факт ошибки, вслед за властями стран еврозоны подвергнуть сомнению сам институт агентств или просто признать поражение.

Член индексного комитета ММВБ Сергей Суверов считает, что события пойдут по первому варианту. Этот сценарий поддержит и рынок. Игроки знают, что в последнее время доходность бумаг компаний не соотносится с их рейтингом, то есть агентства перестали быть путеводными звездами инвестора, говорит эксперт. Агентства с рынка не уйдут, считает Суверов, но их бизнес пострадает — им придется снизить расценки на продажу информации, а она сама будет подвергнута перепроверке. Решать, какие страны и компании хороши, будет рынок, и только он, полагает Суверов.

Яковлев не согласен: очевидно, что виноват не врач со своим диагнозом, а болезнь. Подозрения, что если раньше агентства приукрашивали картину, то теперь "дуют на воду" и преувеличивают беды, появиться могут, говорит Гринберг. Многое зависит от позиции президента США. Он, конечно, таким поворотом недоволен, говорит Гринберг, но до того, чтобы "на зеркало пенять", не опустится.

Между тем прецеденты, когда скандал даже меньшего масштаба менял конфигурацию принятия решений, были. В 2001 году обанкротилась компания Enron, вместе с ней с рынка ушла крупнейшая аудиторская компания Arthur Andersen, проморгавшая, как считается, махинации. Более того, сам институт аудиторских компаний, в структуру которых входили и консультанты, был подвергнут сомнению. В итоге консалтинговые подразделения, помогавшие клиентам устранять ошибки, указанные аудиторами, были выведены из структур компаний и преобразованы в самостоятельные рыночные единицы.

Россия на первый взгляд могла бы выиграть от возможного краха тройки мировых рейтинговых агентств. Но встает вопрос: если шатается система, стоит ли создавать собственное агентство мирового уровня? Эксперт Центра политической конъюнктуры Павел Салин считает подобный путь малоэффективным в нынешних условиях: "Посмотрите на опыт Китая, который пытается копировать западные гуманитарные технологии. Есть у него и свое рейтинговое агентство. Но это не помогает Китаю в обстановке, когда утрачено доверие не к S&P или Moody’s, а к системе. Нужно создавать что-то новое, а что, никто не знает". "Наши власти мыслят категориями вертикали. Если правительство затевает агентство, которое его же, правительство, и будет оценивать, значит, остальные обязаны таким оценкам верить. Но так не бывает, доверие зарабатывается годами безупречной работы. Российскому агентству должен поверить рынок, а не Путин, Медведев и приближенные олигархи", — считает Алексей Портанский из Высшей школы экономики.

Соревнование агентствам не повредит, спорит с этим Гринберг, монополию международных агентств не мешало бы разрушить. Правда, работа агентства ЕврАзЭС будет зависеть от состояния интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Получится с интеграцией — получится и с рейтингами, указывает он. Пока движения не видно. Несмотря на то что идее рейтингового агентства ЕврАзЭС уже несколько месяцев, "никакой работы не ведется", рассказал "Московским новостям" один из представителей этой структуры.